— Спасибо, Альгейла, — Кантана была тронута, — но не нужно, разговаривайте, как привыкли. Я многое понимаю, и не слыша соддийскую речь. Когда доверяешь, это всё неважно. Но я не могу выйти замуж за Сайрона.
Она закончила заплетать косы, положила гребень и спросила с небрежной улыбкой:
— Альгейла, а князь Дьян только танцует, или… — и тут же ей захотелось прикусить себе язык.
— Это многим любопытно, — быстро улыбнулась Альгейла. — Будет ли он летать с кем-то на этот раз. Особенно согласится ли на Выбор Чаш. Он чаще вообще не участвует в этом обряде, а без обряда — раньше летал, конечно. Особенно когда у него не было княгини. Всегда тайно, но разве такое скроешь?..
Кантане вдруг стало тяжело дышать.
Она ведь даже не княгиня — для них всех. Княгини — те жёны её мужа, что были до неё.
— Мне не позволят поставить чашу на Выбор! — вздохнула Альгейла, — говорят, что ещё маленькая. Я хочу просто потанцевать!
— Конечно, ты маленькая, — прошептала Кантана, — иди к гостям, а то ещё хватятся тебя. Напомни ему про обещание и потанцуй, на самом деле. Обещает — пусть исполняет.
— Убедила! Я уже иду! — девушка сорвалась и убежала.
И что же дальше?..
А дальше будет видно.
От двери узкая лесенка вела на верхнюю площадку башни. Кантана поднялась туда, постояла немного у самого края, обхватив себя руками, словно озябнув — немудрено бы на таком резком холодном ветру. Нет, она не зябла. Этот ветер позвал… ничего особенного, просто полетать немного. И она полетела над морем…
Снаружи уже стемнело, а кроме этого мало что изменилось. Драконы всё так же вились плотным роем в стороне, над другими островами. Как видно, сегодня на закате ритуальные танцы не танцевали, потому князья и заявились в гости к Аметистовым. Но завтра на рассвете — непременно…
К драконам Кантана не собиралась приближаться, но вот из облаков вынырнул страж и приветственно махнул ей крылом, она ответила, послав ему волну спокойствия — кто знает, получилось ли. Она ощутила заинтересованное внимание стража, и постаралась скорее уйти в сторону. Он развернулся и какое-то время летел рядом, потом отстал…
С его стороны была не настороженность, не рвение стража, а просто интерес к драконице. Она красива, значит? Вот не было печали! Тут всем было весело и празднично. И кстати вспомнилось, как недавно муж бросил тут всё, чтобы прилететь проведать её в Шайтакане! Невиданная безрассудность! Если день за днём летаешь по линиям мировых сил, нельзя прекращать это и улетать, пока рисунок не будет окончен полностью! Кантане было приятно такое внимание Дьяна, но Даннидиру Альгейлу, Мастерицу сил из Исконного мира, оно же приводило в негодование. Следует понимать так, что положение её мужа в стае так непрочно, что он может в такое ответственное время передать её кому угодно? Отлучиться на несколько дней? Или просто с самими ритуалами что-то не так?
Ну, разумеется. Драконий народ в этом мире постепенно вымирает. Рождается всё меньше детей, приходится жениться итсванках. Не так уж далеки те дни, когда в драконьих семьях будут расти только бескрылые дети. А если так, то никаких действенных ритуалов силы здесь просто не существует! Да, только такое объяснение приходило в голову…
Кантана продолжала лететь, старательно посылая вокруг себя волны безразличия, и осматривалась. Тут было четыре довольно больших острова, не считая того, где стоял Риш. И ещё два драконьих замка. В Содде таких она не заметила, и в Дарьявеле, где живут Дьяны, никто не стал строить замки. Драконы, пришедшие во время последнего исхода, построили дома. Значит, замки здесь — дело рук Древних. И Даннидире Альгейле отчаянно захотелось погулять по каждому из них. Впрочем, Кантане тоже было любопытно. И начать можно завтра, с Риша.
Она долго наматывала круги в одиночестве, примечая и рассматривая, к ней никто не приближался и, казалось, никто не замечал. И она поздравила себя с этим успехом и расслабилась, просто летела, отбросив все беспокойные мысли. Когда над ней появился большой дракон, она заметила не сразу. Испугалась, метнулась в сторону и вниз — он следовал за ней, как привязанный, она улетала, он ловил, очень скоро она оказалась в кольце его силы, вырваться из которого не получалось. Ну что за бесцеремонность! Впрочем, он был осторожен и мягок, но непреклонен. Она слышала его требование повиноваться… нет, не приглашение на танец, не желание брачного полёта. Его такой знакомый силуэт на фоне неба она узнала бы всегда, и, помимо этого — привкус его эмоций, уже испробованных ею однажды. Это точно был тот дракон, с которым она летала над скалистым островом с маяком, неподалёку от Шайтакана.
И почему она думала, что не встретит его здесь, так далеко? Почему она вообще не хотела о нём думать?!
Теперь он желает знать, кто она. Увидеть её в другом обличье. Он недоволен, что драконица, с которой он летал, после этого сбежала. Видимо, он считает, что от него сбежать нельзя, он, большой черный Сапфир…
Кто он?!
