Жиров завидовал внешности Стаса. Завидовал его смазливому лицу, его стройной, гибкой фигуре. А главное — тому, что Стасу не приходилось прилагать никаких усилий, чтобы затащить девчонку в постель. Конечно, Жиров был намного выше Стаса, но при общей грузности фигуры высокий рост не был таким уж неоспоримым преимуществом.
Стас взглянул на хмурую рожу Жирова и тонко усмехнулся. «Тебе не нравится? Но так будет всегда, приятель. Я всегда буду снимать с жизни свежие сливки, а такие, как ты, будут довольствоваться прокисшим молоком. Так распорядилась природа». А вслух он сказал:
— Пойми, Жир, я бы с радостью уступил тебе пальму первенства. Но, боюсь, что твоя пальма не вызовет большого восторга у Насти. Впрочем… — пожал Стас плечами, — ты можешь попробовать.
Жиров отвел взгляд, и Стас понял, что верзила попросту боится.
Настю многие на факультете обходили стороной, искренне считая ее ведьмой. Кроме того, она была абсолютно непредсказуема. Что будет, когда она проспится и обнаружит, что двое мерзавцев затащили ее в постель и всю ночь играли в пинг-понг ее тощим, татуированным телом?
Стас, обожавший непредсказуемость, предлагал Жирову довольно опасную игру. И тот явно колебался.
— Ну, так как? — с ухмылочкой поинтересовался Малевич. — Ты хочешь быть первым?
Жиров резко выдохнул. Какого черта! До сих пор им все сходило с рук. Будет весело и сегодня.
— Пусть все будет как всегда, — сказал он угрюмо. — Но когда закончишь, сбрызни потную готку туалетной водой. Я не такой гурман, как ты.
— Я надушу ее так, что у тебя заслезятся глаза, — пообещал Стас, ухмыляясь. — А теперь пора браться за дело.
И он двинулся к ванной…
Час спустя Стас Малевич вышел из комнаты в блок, застегивая зиппер джинсов. У него были подтянутый смуглый живот и худая плоская грудь. На шее висела тонкая золотая цепочка.
Он заглянул в комнату к Жирову и весело проговорил:
— Первый стрельбу закончил. Твоя очередь, Жир.
Денис лежал на кровати, закинув руки за голову.
— Я не буду, — сказал он угрюмо.
Брови Малевича поползли вверх.
— Чего вдруг?
— Я слышал, как она кричала.
— Ну и что? Тебе не нравится, когда девчонки кричат?
— Мне не понравилось то,
Стас на секунду задумался и пожал плечами:
— А что она кричала?
— Издеваешься?
— Нет. Просто я не прислушивался.
Жиров резко поднялся с подушки и выпалил:
— Она кричала, что покажет нам ад!
— Ну, это всего лишь словесный оборот, — с небрежной усмешкой проговорил Малевич. — Уверяю тебя, мой мальчик, женщины во время оргазма кричат и не такое.
Однако Жирова слова приятеля не убедили.
— Что, если завтра утром она закатит нам скандал? — нервно спросил он. — А то еще потащит в милицию. С дуры станется!
— Гм… — Стас почесал ногтем изящный нос. — Знаешь, я не очень пугливый человек, но твоя идиотская тревога очень заразна. Хорошо, вынеси ее отсюда к чертовой матери. Справишься сам?
— Как-нибудь.
Жиров поднялся с дивана.
Настю он вынес из комнаты Стаса на руках. Поставил ее в прихожей на ноги и привалил спиной к стене.
— Ты чего? — удивленно спросил у него Стас.
Жиров еще несколько секунд разглядывал Настю, а потом вдруг размахнулся и влепил ей пощечину. Голова Насти мотнулась, а Жиров гневно процедил:
— Шлюха!
— Ты что сделал, кретин? — сдавленно крикнул Стас.
— Не бойся, она жива.
Малевич сжал кулаки.
— Болван! Вытолкни ее отсюда!
— Куда?
— Посади в лифт и нажми на первый этаж.
Жиров в сомнении переминался с ноги на ногу.
— Слушай, а может, вызвать ей врача? — неуверенно спросил он.
— У тебя крыша поехала? — взвился на друга Стас.
— А если она окочурится?
— Не окочурится. Проспится, и все будет в порядке. Хватай ее и тащи!
Жиров вздохнул, снова поднял Настю на руки и вышел из блока.
В дверь постучали — громко, грубо и бесцеремонно. Мария рывком села в кровати и несколько секунд ошалело смотрела на дверь.
— Кто там? — спросила она хрипло.
— Это Вика! — послышалось из-за двери. — Вика Филонова!
Мария поднялась с кровати и начала нащупывать туфли. Найти их не удалось. Босая, медленно прихрамывающей походкой Мария направилась к двери.
Открыв дверь, Варламова обнаружила не только Вику — рядом с ней стоял Антип, тот самый парень, которого она видела с Настей Горбуновой.
— Что случилось? — спросила Мария ошеломленно.
— Настя Горбунова погибла! — выдохнула Вика.
— Что? — Мария изумленно уставилась на девушку. — Как погибла?
— Она лежит в фонтане! Там полно милиции и толпа зевак! Мы пойдем, расскажем другим!
Вика развернулась и заспешила по коридору. Антип, хмуро сдвинув брови, двинулся за ней.
После ухода ребят Мария пошла в ванную и быстро сполоснула лицо холодной водой.
Сообщение о смерти девушки ошеломило. Впрочем, известие было настолько диким, что Мария не могла до конца поверить в него.
Однако поверить пришлось.
Вскоре она была в сквере. Огромный Ломоносов стоял на постаменте, повернувшись спиной к своему детищу, огромной каменной глыбой подпирающему небо. Листва на деревьях была недостаточно густа, чтобы скрыть суету, царящую в сквере.
