Дорн резко разворачивается. И уходит, не удостоив и взглядом свою наречённую.
Оглушающе хлопает дверь. Бьёт по моим нервам так, что я вздрагиваю.
— Пойдёмте, голубушка! — бормочет старый герцог, снова подаёт руку Диане.
Я по-прежнему стою на месте, не в силах пошевелиться. Не в силах поверить в то, что только что произошло.
Толпа обтекает меня. Разочарованные вздохи. Им всем всё равно — только лишь досада за проигрыш и потраченное время.
Цветастые пятна мелькают справа и слева, но я их не вижу.
И в конце концов, остаюсь в зале одна. Потемневшем, тихом. Замолчало пианино, и даже листья за окном больше не шуршат.
Как во сне оборачиваюсь. Мне хочется посмотреть в окно. Узнать, почему такая тишина. Ведь должны же в мире остаться хоть какие-то звуки?
Вцепившись дрожащими пальцами в подоконник, я смотрю на то, как с неба падает пепел.
Хлопья седого пепла.
Это листья, сорвавшись с веток, рассыпаются в пыль, едва лишь долетают до нашего окна. Словно пересекая невидимую черту. Чёрный снегопад падает и падает на землю, на пожелтевшую траву, покрывая её тёмными пятнами, будто ранами.
Медленно оседаю на пол и закрываю лицо ладонями.
Дорн и Диана. Диана и Дорн.
Я не могла представить такого даже в худшем кошмаре.
Тихий скрип двери, шаркающие шаги.
Растерянный голос старого Морригана.
— Элис, милая… ну что ты? Девочка моя, ну перестань!
Меня ласково обнимают и заставляют подняться. Старик отрывает мои руки от заплаканного лица, принимается отирать его кружевным платочком.
— Он дурак, полный идиот! И я тоже дурак, только старый. Хотел, чтоб он понял, от чего отказывается. И какова альтернатива. Немного заигрался. Ну же, не плачь!
Я отобрала платок и совершенно не эстетично в него высморкалась.
— Поверь, милая, я с самого начала хотел видеть своей невесткой только тебя! И ты была победительницей отбора задолго до того, как твоя очаровательная ножка ступила на порог моего дома.
— Вы… ужасный человек, вам говорили? — выговариваю, наконец, глухим голосом, пряча глаза.
— Примерно каждая вторая из брошенных мною любовниц, — усмехается Морриган. — А теперь вытри слёзки, и пойдём. Я скажу внуку, что подумал получше и принял окончательное решение. В конце концов, он давал слово, что я сам буду выбирать. Первое слово дороже второго, как говорят дети. Никаких оговорок не предусматривалось.
Я осторожно отстранилась. Хотела вернуть платок, но передумала, скомкала в руке. Покачала головой.
— Я не вещь, чтоб меня возвращать, а потом передумывать. Спасибо, но… если он меня не хочет, мне не нужны подачки. Я правда очень рада знакомству с вами. Но… хочу уехать сейчас же. Проводите, пожалуйста. Я до сих пор так и не научилась ориентироваться в здешнем лабиринте.
На мой твёрдый взгляд он ответил отечески нежной улыбкой.
— Ты родишь достойных наследников роду Морриган.
Я вспыхнула и отвернулась.
— Снова эти ваши шутки! Простите, но они у вас дурацкие. Ещё раз спасибо за радушие. Попрошу слуг проводить тогда, не утруждайтесь.
— Ну отчего же! Чай не такая уж я развалюха, чтоб не проводить красивую девушку.
Почти вприпрыжку герцог догнал меня, и крепко ухватил под локоть. Я вздохнула. Эх… был бы он на полвека моложе… лучше б я в этого Морригана влюбилась, ей-богу!
Старик учтиво приоткрыл передо мною дверь, вывел в коридор.
Мы долго шли сплетениями лестниц и переходов, я совершенно не замечала пути перед собой. Все мысли были о том, как буду возвращаться домой, и что теперь делать. Экипаж за мной должны были прислать только к вечеру — предполагалось, что отбор продлится три полных дня. Верно, придётся одолжить у герцога. Надеюсь, он не откажет.
Через пелену пробились какие-то звуки, и я сообразила, что старик уже битый час вещает мне что-то в ухо.
— …просто не показывай ему своих чувств. Сделай вид, что полностью равнодушна. Разлюбила, перегорело — вы, девушки, такие ветреные существа! Дорн как огня избегает любых чувств. У моего внука было много женщин, особенно в юности. Не думай, что он такой уж отшельник и бука. Но сердце… он никого в него не пускает. И ты сделай вид, что не претендуешь! Может, он тогда перестанет так сопротивляться.
Я застыла на месте.
— Зачем вы мне всё это говорите? Я же сказала, что не останусь.
— Да-да, милочка, я слышал! — поддакнул герцог и открыл передо мною очередную дверь. — Проходи!
Я сделала шаг, надеясь, что теперь-то, наконец, мы добрались до выхода… Запоздало вспоминая, что чемодан так и не собрала. Ну и ладно! Невелика потеря. Скорей бы только отсюда…
Старый Морриган за мной не пошёл.
Дверь позади меня хлопнула, провернулся ключ.
Я с удивлением поняла, что очутилась вовсе не в холле особняка, как ожидала, а в какой-то богато обставленной комнате.
И прямо передо мной у окна, откинувшись в кресле и закрыв глаза, сидит Дорн.
Он резко выпрямился и уставился на меня непонимающим взглядом.
— Элис? Как ты… — взгляд тут же стал жёстким. — Я его убью. Клянусь, я его прикончу! Не дожидаясь сотого дня рождения. Проблема наследства решится сама собой.
Из-за двери раздалось довольное хихикание.
