Есть только два способа, как этого добиться: либо Себастиан разрушит ее нынешнюю оболочку, либо сама Антонелла поверит, что может переселиться в меня.
– Придется снова инсценировать мою смерть, – говорю я.
– Твою сестру не так легко одурачить, как твоего дядю. Для нее слишком рискованно раньше времени оказаться в замке. Она не сделает этого, пока не будет уверена, что заклятье разрушено.
– Как нам убедить ее? – спрашиваю я, повернувшись к Себастиану.
– Нужно будет разыграть все всерьез. Мне придется выпить немного твоей крови, чтобы ослабить тебя, тогда она поверит, что заклинание отправило меня обратно домой и я не могу ей навредить.
– Только вот ты можешь на самом деле исчезнуть, – мрачно заявляю я. – Мы же не знаем, сколько тебе нужно выпить, чтобы заклятье, удерживающее тебя здесь, разрушилось, – уточняю я. – И самое главное – нам не хватает ключевого ингредиента для этой ловушки-заклинания: моей тети. Не уверена, что смогу уговорит Тео помочь…
– Не сможешь, – спокойно заявляет Себастиан. – Он скорее умрет, чем откажется от Антонеллы. Я буду колдовать вместо него.
Я хмуро гляжу на него.
– Каким образом? Ты же не из рода Бралага.
– Объясню позже. Сейчас надо добыть семена.
Мы спешим вниз по лестнице, в зеркальной комнате я не выдерживаю:
– Тео сказал, что ты можешь вернуться домой, не убив меня, просто выпив крови из тела Беа.
– Я знаю.
Мы доходим до развилки в коридоре и поворачиваем в сторону собора без окон.
– И что ты об этом думаешь? – допытываюсь я.
– Кажется, я уже говорил, что выбираю тебя, несмотря ни на что.
Мне тепло от его слов, но я все равно спрашиваю:
– Может, ты отказался подчиниться Антонелле, потому что не хотел ранить меня или убить? Так вот, у тебя есть возможность уйти, не навредив мне.
Я не замедляю шага. Я могу вести этот разговор только на ходу, не встречаясь с ним взглядом.
– Эстела, – шепчет он, догоняя меня, – посмотри на меня.
Почему-то я не могу на него смотреть и ускоряю шаг. Мы идем через пустые комнаты в сторону jardín de sangre.
– Расскажи мне о своих чувствах, – шепчет он мне на ухо. – Если ты хочешь, чтобы я ушел, я уйду.
Я останавливаюсь на красном ковре прямо над пурпурной комнатой. Себастиан стоит передо мной. Его серебристый взгляд пронзает меня насквозь, вынуждает произнести то, что я никак не могла сказать до этого.
– Я люблю тебя, – говорю я наконец. Мой голос дрожит, я готова разрыдаться. – И именно поэтому очень боюсь потерять тебя.
– Не потеряешь, – уверяет он меня, не колеблясь ни секунды, – потому что я тоже люблю тебя.
То, что он говорит, звучит как прекрасная музыка. Как бы мне хотелось перестать плакать.
– Сейчас, – говорит он, обнимая меня, – я больше боюсь потерять тебя.
Все расплывается перед моими глазами, когда Себастиан переносит нас в собор. Он ставит меня перед каменной стеной, и я осматриваю камни в поисках нужного. Через несколько секунд он указывает мне на него.
Я капаю кровью, чтобы открыть потайную дверь в сарай, и натягиваю сапоги, чтобы зайти в сад.
Мне не хочется вспоминать, какая надежда зародилась во мне всего два дня назад, когда Беа показала мне это место. Теперь будущее, в которое я поверила, невозможно, Антонелла уничтожила его, так же как и мою прежнюю жизнь с родителями.
Себастиан протягивает мне горсть семян, а потом пакет с кровью из морозильной камеры. Нервно сглотнув, я поливаю сад специальной лейкой, как это делала Беатрис. Я поливаю кровью растения, напоминающие руки и ноги, с цветками, похожими на пальцы. У меня немного кружится голова. Не слишком ли много семян я проглотила? Вдруг замечаю, что листья-языки, растущие на деревьях со стволами из костей, как-то странно шевелятся.
– Ты это видишь? – спрашиваю я Себастиана.
– Да.
Сад будто оживает, двигается, растения выстраиваются в два ряда, образуя проход, который ведет куда-то вглубь, в темноту.
– Думаю, он хочет, чтобы мы пошли по этой тропинке, – говорит Себастиан, я молча киваю, слишком потрясенная, чтобы что-то сказать.
Я ощущаю прилив адреналина, но не испытываю страха, потому что рядом со мной могущественное чудовище-тень. Рядом с ним я в полной безопасности.
Чем дальше мы продвигаемся, тем крепче переплетаются растения, и в конце концов сплетенные части тела превращаются в плотную стену пещеры.
Впереди появляется свет, мы приближаемся к костру с невероятно красным пламенем. Я никогда такого не видела, будто это кровь, а не огонь.
– Добро пожаловать!
Я испуганно смотрю на высокую фигуру в капюшоне. Она кажется мне очень знакомой.
– Кто ты? – спрашивает Себастиан.
Незнакомец откидывает капюшон, я вижу серебристые волосы и нервно вскрикиваю, узнав прародителя.
– Бралага!
– Эстела! – произносит он и улыбается. – Принц Бастиан! Для меня большая честь познакомиться с вами.
– И для нас это честь.
Я в шоке смотрю на Себастиана. Он обращается к фигуре в капюшоне очень почтительно, как будто знает, кто такой Бралага, и относится к нему с уважением.
