Похоже, он не в первый раз говорит такое моей сестре, ее это не задевает. Ей скорей смешно. Она слишком часто слышала это оскорбление, и теперь ей все равно. Однако после объявления Бралаги в словах одноклассника появился новый смысл – не оскорбительный, а многообещающий.
Я как будто читаю мысли Антонеллы: «А что, если и правда мое место не здесь».
В следующей сцене я вижу свою сестру и других детей – все больше нее. Они стоят в круглой комнате с зеркальными стенами и смотрят на свои отражения.
Одноклассники моей сестры физиологически почти такие же, как люди, но у них есть еще потусторонние особенности, которых нет у Антонеллы. Помимо того, что некоторые из них с крыльями, чешуей или рогами, их повадки и манеры демонстрируют природу более дикую, чем человеческая, такую же природу, как у Себастиана.
Они смотрят в зеркала, и их отражения начинают меняться. У Красноволосого огненные локоны превращаются в черных гадюк, у Циклопа появляется еще один глаз. Тела остаются прежними, меняются лишь отражения.
– Это все, на что ты способна? – спрашивает высокая фигура в капюшоне. Он в черном плаще, капюшон скрывает его лицо. Похоже, это преподаватель.
В эту минуту я осознаю, что он обращается к моей сестре, все остальные смотрят в ее сторону. Ее отражение почти не изменилось. Все, что ей удалось сделать,– это поправить сколотый передний зуб. Она выглядит как
– Я помогу, – говорит Красноволосый.
Он взмахивает рукой, и в отражении на щеке моей сестры появляется глубокий порез. Антонелла вскрикивает и подносит руку к лицу. Когда она убирает ее, на ее пальцах кровь – Красноволосый порезал ее.
– И я помогу, – говорит Циклоп.
Он наклоняет голову, раздается жуткий хруст, и правое колено Антонеллы болезненно выворачивается. Она кричит от боли и падает на пол.
– Прекратите! – ору я и кидаюсь к сестре, чтобы загородить ее от обидчиков, но никто не видит и не слышит меня.
Еще один ученик бреет ее наголо, а другой ослепляет ее на один глаз, радужка становится совершенно белая.
Я в отчаянии смотрю на фигуру в капюшоне, но наставник молча наблюдает за происходящим, как будто это часть урока.
Мне приходится отвернуться, сестру пытают, а я ничем не могу ей помочь. Это невыносимо. Лучше я выколю себе глаза, чем буду наблюдать за этим. Скорее бы это закончилось!
– Достаточно.
Ученики расходятся, а преподаватель подходит к Антонелле, которая корчится на полу вся в крови, синяках и абсолютно лысая. Он вытягивает над ней руки, и ее раны начинают постепенно заживать, она снова становится похожей на саму себя.
– Ты не заклинатель от природы, – говорит преподаватель, – советую тебе сосредоточиться на совершенствовании одной какой-нибудь техники. Тогда ты хоть в чем-то преуспеешь.
Антонелла лежит на полу и прерывисто дышит, ее глаза широко открыты.
– Этот урок пойдет тебе на пользу, – тихо добавляет преподаватель, он даже не пытается помочь моей сестре подняться. – Мы должны излечить тебя от человечности, прежде чем она убьет тебя.
Мне не хочется больше смотреть. Я достаточно насмотрелась на то, какова была ее жизнь в замке. Я готова прервать заклинание и покинуть это место как можно скорее. Но если я так поступлю, то не узнаю всю историю Антонеллы. Ей столько всего пришлось пережить, я должна увидеть это, я ведь ее сестра-близнец!
Я опускаюсь на колени рядом с сестрой. Это лишь воспоминания, она не чувствует моего присутствия, но я не хочу оставлять ее одну. Я заглядываю ей в глаза, ожидая увидеть в них печаль и тоску, но, к моему удивлению, на лице сестры отражаются сосредоточенность и решимость. Она будто нашла новую зацепку.
Сестра следит за дверью, которая, как я поняла, ведет в некий Атриум. Ученикам туда вход воспрещен, в эту дверь заходят только высокие фигуры в черных плащах с капюшонами.
Скрыв лицо под капюшоном, кутаясь в серый плащ, Антонелла стоит перед толстой черной веной, проходящей сквозь красную стену, и наблюдает за входящими и выходящими инструкторами-преподавателями.
Она ждет, пока холл полностью опустеет, потом отлипает от стены и делает шаг в сторону двери. Похоже, она собирается открыть дверь. Какой-то шум раздается поблизости, и Антонелла замирает.
В холле прячется еще кто-то. Две фигуры буквально материализуются в воздухе, словно они сотворили колдовство, чтобы оказаться здесь. Антонелла отступает обратно в тень, а я дрожу от страха, что ее могли заметить.
Это уже знакомые персонажи: Красноволосый и Циклоп. Торопясь, они подходят к двери в Атриум. Как и моя сестра, они хотят нарушить правила.
Циклоп хватается за ручку двери. Когда он поворачивает ее, по его руке течет кровь. Дверь не поддается.
– Моя очередь, – говорит Красноволосый. Его кровь мешается с кровью друга на дверной ручке. Дверь не поддается.
– Что вы здесь делаете?
Мы все вздрагиваем, услышав голос инструктора, даже я, хотя на самом деле меня здесь нет.
– Ничего, – быстро отвечает Красноволосый.
– Только опытные заклинатели способны открыть эту дверь, – говорит преподаватель. – Как бы талантливы вы ни были, вам еще многому предстоит научиться. Уходите!
