— Это честь для меня, Ваше Высочество. Но когда я вернусь, безусловно, успешным героем, я попрошу кое-что взамен! То, чего у меня не было слишком долго.
Её сердце подпрыгнуло.
— И что же?
Его улыбка стала шире.
— Поцелуй с принцессой.
Если бы Каян узнал о том, что Тимофей приходил в сны Люции, он был бы в ярости. А так как Люция запомнила за время их путешествия, что лучший бог огня- это спокойный бог огня, она предпочитала об этом не говорить.
Тем не менее, сон беспокоил и раздражал её. Цель Тимофея — отговорить её от помощи Каяну, но его манера, неуважение только убедили её помочь богу огня. Если б Алексиус был даже наполовину таким, как его наставник, Люция не говорила бы с ним.
И так было б лучше для всех.
Она выбросила ненавистное столкновение с Тимофеем из головы и сосредоточилась на нынешней задаче — найти её истинную семью.
Люция и Каян работали вместе, вытягивая информацию из разнообразных митиканских ведьм, сочетая огонь и воздух, и наконец-то им было за чем идти.
Это привело их в деревушку Базилия, самое защищённое место Пелсии. Деревня была окружена виноградниками, и граждане ели за его счёт, продавая вина в Оранос. Благодаря удобному расположению портов и постоянным посетителям и торговцам, Базилий был самым богатым, как и его деревушка в Пелсии, с удобными гостиницами для уставших путешественников, тавернами, что обслуживали людей всего мира, и огромным количеством борделей для моряков.
Они вошли в таверну, что называлась «Фиолетовая Лоза», и она уже в полдень гудела от посетителей.
Первое, что заметила Люция — всего пять женщин и огромное количество мужчин, громких, кричащих непристойности, стучащих по столам в требовании еды и питья. И запах — запах мяса, смешанный с кислым козьим смрадом немытых подмышек, — и Люция желала вырваться на свободу, проклиная их.
— Удивительно, — с улыбкой осмотрев присутствующих, молвил Каян. — Смертные играют.
Она едва могла слышать его в мерзком шуме. Взяв Каяна за руку, она проделала путь через толпу к свободному столицу рядом с маленькой деревянной сценой в другом конце комнаты. До стола было добраться невозможно, не прикасаясь к людям, и Люция содрогалась при каждом прикосновении.
Один большой, волосатый, как животное, мужчина окликнул её.
— Красавица, иди ко мне на колени!
Она послала шёпот магии воздуха к нему, что вывернул эль прямо ему на колени. Он громко выругался и вскочил на ноги, а Люция отвернулась, чтобы скрыть хитрую улыбку.
Ей пришлось пережить боль, чтобы добраться до места, и она остановилась перед столом в нескольких шагах от своей цели. Он был уже занят.
— Я хочу сидеть здесь, — хрипловато сказала она, посмотрев на мужчину.
— Иди, девчонка, — человек отмахнулся от неё. — И принеси мне немного рагу из баранины… И хлеба!
Каян посмотрел на Люцию с улыбкой, скрестив руки на груди.
— И? Ты собираешься его проучить? Я б не против на это посмотреть.
Люция наклонилась поближе к человеку и, игнорируя гнилой запах из его рта, посмотрела в его глаза.
— Я сказала, что хочу тут сидеть. Убирайся.
Щёки мужчины дёрнулись, и он сплюнул смесь слюны и эля. Люция подумала о боли Магнуса из-за её магии, и живот сжался.
Человек схватил миску тушёного мяса и освободил стол без возражений, к счастью, раньше, чем она могла принести ему боль.
— Молодец, — сказал Каян, занимая освободившийся стул. — У тебя получилось.
— Со слабыми легче справляться. Для них и для меня. Сиди.
Когда они сели, Люция приманила буфетчицу жестом и попросила два яблочных сидра и миску рагу из баранины для Каяна.
— Без вина? — буфетчица положила руку на пухлое бедро. — Большинство прекрасных дам терпят это место только ради вина.
— Я не пью вино.
— Без вина? — фыркнула она. — Ты лимерийка? — она повернулась, не дожидаясь ответа, и Люция проводила её холодным взглядом, пока та не растворилась в толпе.
В дальнем углу таверны трое флейтистов запели, и в комнате стало тише.
Шоу начиналось.
Люция искала здесь танцовщицу, известную, как Богиня Змей, и знала, что теперь она в нужном месте. Когда мелодия пошла в первое крещендо, молодая женщина появилась на сцену. Руки, ноги и лицо были покрыты прожилками золотой краски, а чёрные волосы доставали почти до колен, тонкими косами спадали на лицо. Её голубые глаза были сильно подведены сурьмой. Она носила маску, украшенную богатыми камнями, что закрывала половину её лица, а гибкое, загорелое тело прятал лишь костюм из прозрачных вуалей. Такой наряд был привычен, например, в Крешии, но тут это оставалось шокирующим зрелищем, по крайней мере, для Люции. Но больше всего шокировал не её наряд — а белоснежный удав на плечах.
Все наблюдали с одобрением, как Богиня Змей танцевала и покачивала бёдрами в такт музыке, а язык её питомца показывался каждые несколько секунд, словно в поиске еды.
Когда танец закончился, толпа зааплодировала, и Богиня Змей посылала им воздушные поцелуи, пообещав вернуться попозже.
