Гоблины Пандемониума превзошли сами себя. Слепили из остатков множества затонувших кораблей один относительно похожий на настоящий; набили под завязку всякой горючей дрянью; и под покровом темноты провели в гавань, оставшись неузнанными до самого конца. Горело огнём самых разных расцветок всё в порту: вода; другие корабли; сооружения самого порта, включая те из них, что были сделаны из камня или металла; игроки и боты. Казалось, даже воздух горит — всё из-за непомерного жара.
Одновременно с этим начался наземный штурм, его можно было бы назвать «очередным», если бы в данном случае он не являлся последним.
В порту тем временем погружались в воду, либо догорали в ней же остатки корабля. Иронично, но дольше всего продержалось название судна. Довольно большая деревяшка с ним, ранее закреплённая на корме, состояла из частей других такого рода деревяшек. Поэтому получившаяся надпись была вся кривая-косая, разных размеров и даже наклона. Напрягая зрение, можно было прочесть название корабля: «Фрайк».
Магистр
Сколько всякого разного может сказать компьютер о его владельце! Речь, конечно же, не только о характеристиках, оборудовании или внешнем виде. Судить о людях сугубо по этим параметрам — ошибочный и к тому же тупиковый путь. Нужно копать глубже, заглянуть внутрь.
Взять, например, чету Лютцевых — у них на двоих один компьютер. Экономное, здравое решение. Правда, внутри он разделен невидимой линией надвое. Это касается даже не количества пользователей. Разделено, в первую очередь, дисковое пространство. Причём разделено отнюдь не поровну.
Как это ни странно, опытный пользователь и игрок Ирина, на долю которой приходилось восемьдесят процентов времени пользования, занимала при этом всём значительно меньшую часть памяти. «Хроники раздора», альбомы со старыми фотографиями, пара офисных программ — вот и всё, что тут было.
Полной противоположностью выступал её муж. Скачать один фильм десять раз просто потому, что не разобрался и не туда нажал? Запросто. И одиннадцать тоже. И даже двенадцать. Чемпионом по этому показателю выступал «Властелин колец». Три фильма были скачаны суммарно сорок два раза.
Компьютер Игоря Тукановского, ныне гостивший в Гродно, в этом плане пребывал в похожем состоянии. Больше всего его содержимое напоминало свалку, некогда бывшую складом. Складировали тут всякое: фильмы, музыку, сериалы, картинки, книги, программы и, конечно же, игры. Возжелай кто-то с этим всем ознакомиться хотя бы частично — ему бы трёх жизней не хватило на всё это «богатство». Разумеется, сам Игорь в лучшем случае иногда переслушивал старые хиты 2010-х или же устанавливал «Героев».
Неподалёку располагался компьютер Яны Красенко. Он напоминал вовсе не склад и даже не свалку, а кладбище. Состояло оно из игр и программ, которые однажды установили, пару раз воспользовались, после чего благополучно про них забыли навсегда. Их ярлыки, даром что не покрывавшиеся пылью и не зараставшие вьюном, мерно, словно надгробия, заполняли рабочий стол.
Полной противоположностью был компьютер Оулле Сависаара. Здесь важным будет упомянуть наиболее современное оборудование, за которое нещадно переплатили, благо, военная пенсия это позволяла. Но конечно, наиболее примечательным будет содержимое. Которого, по существу, практически и не было. По центру рабочего стола располагался ярлык «Хроник раздора». В правом верхнем углу ютился значок программы для связи. С противоположной стороны располагался браузер. В остальном же компьютер был девственно чист. Словно им абсолютно никто не пользовался, а систему поставили десять-пятнадцать минут назад.
Рабочий стол Джармуза Ваези был завален весь и целиком. Но всё здесь — от программ, до последнего текстового файла с записанными цифрами — для чего-то требовалось, причём всегда и непрерывно. Это было бесконечным водоворотом жизни. Ежедневно появлялось десять-пятнадцать новых значков и такое же количество бесследно исчезало.
Компьютер же Максима Филатова отличался своей аккуратностью. Всё здесь располагалось в полном соответствии с неким видением владельца. Только нужное и ничего лишнего, если не считать анимированный рабочий стол. Оставалось лишь гадать, как этот аккуратный человек выбрал класс дикого мага.
Фалайз с непередаваемой ненавистью посмотрел на щуплого, низенького, абсолютно лысого мужика с вытянутым лицом в просторной оранжевой робе, сидевшего по-турецки на самом краю вырубки и гаденько ухмыляющегося. Он назвался Нимуком — вестником Хаоса. И даже с радостью пояснил, что это такое:
— До того как родились боги, до того как в пустоте возник этот мир, было ничто. И ничто было всем. И имя ему — Хаос. Он везде и нигде. Всегда и никогда. Хаос — это мы, но мы — не Хаос. Мы лишь…
— Запущенный случай, — ёмко прокомментировал тогда Тукан. — Но в целом оно и понятно: весна во всей красе. Галоперидола опять же не придумали. Надо строить психушку!
— Смотри сам в ней не окажись, — мрачно посетовала Калита.
— Я образец ментального здоровья!
