— Паладины Чистоты не в том положении, чтобы разбрасываться желающими помочь фактически задаром, — продолжила рассуждать Матаракша, ориентируясь во внешне одинаковых помещениях с лёгкостью человека, ходившего здесь часто и много. — Особенно опытными интендантами.
— Жаск может предложить больше, — отметила Калита.
— Может. Но пока не делает этого. — Чернокнижница махнула рукой на окружение и объяснила: — Это хуже болота. Это — чёрная дыра, высасывающая деньги, силы и время. Если он сюда влезет, остальной мир может спокойно выдохнуть — уже не вылезет. Не в этом веке.
Финальной целью их движения стал довольно крупный, особенно по меркам Дракенгарда, зал. Некое подобие переговорной комнаты, но одной на всех и абсолютно безлюдной, если не считать ботов и кошек.
— Выглядит это всё… довольно здорово, — стараясь ненароком не перехвалить, хотя это было сложно, сказала Фиона.
— Это до тех пор, пока сюда не добрались наши многочисленные друзья с востока, — довольно ожидаемо возразила Матаракша.
— Всё плохо? — осклабилась Калита с видом знатока.
— Всё очень плохо и будет только хуже, — вторила ей чернокнижница. — Ночью сожгли порт. Там ещё кто-то сопротивляется, но всё, порта Синего больше нет.
— Возможно, мы сумеем немного помочь, — для вида призадумавшись, сообщила Фиона. — Чуть-чуть. Нам бы увидеть вашего главного.
— Магистра? — Матаракша загадочно усмехнулась. — Вам повезло и одновременно не повезло.
— Его нет в игре? — предположила жрица.
Не то чтобы она верила, что всё настолько банально и просто. Скорее ей этого хотелось. Чтобы проблема носила временный, во всех смыслах, характер. Однако всё оказалось, конечно же, не так радужно:
— Наоборот, он постоянно в ней. И прекрасно понимая, чем обычно это заканчивается, относится ко всем гостям соответствующе. Впрочем, он всегда такой, сколько я его знаю. — Чернокнижница подмигнула, направляясь куда-то вглубь замка. — Не рассчитывайте на приём даже средней прожарки.
Как и предупреждала Матаракша, на визит Фионы Магистр отреагировал со сдержанностью бетонной стены. Пускай и очень измученной бетонной стены.
Было видно, что этот персонаж привычен совсем не к посиделкам в кабинете. И не к бюрократической работе. Светловолосый, высокий, статный, с благородными чертами лица мужчина неясного возраста. Предводитель паладинов очень бы хорошо смотрелся во главе войска, на плакате о вербовке на войну или хотя бы на аверсе монеты. Но никак не болезненно бледный, посреди кучи бумаг и карт, прижавший трясущуюся руку к голове и устало что-то пишущий.
Жрицу он выслушал абсолютно молча, спокойно и даже безразлично. Причём последнее заметно доминировало. Даже фраза «Гадюкино окажет всю посильную помощь», в ином обществе способная вызвать оглушительный хохот, не заставила его лицо дрогнуть.
— Эм, вот и всё, — поняв, что пауза затянулась, закончила Фиона, скользя взглядом по комнате, где проходил монолог.
Это был рабочий кабинет главы паладинов, и он страдал концептуально от того же недуга, что и его хозяин. Этому месту катастрофически не хватало уборки. Причём отнюдь не в смысле чистоты. Не хватало именно порядка. Повсюду валялись какие-то бумаги, книги, карты. Обстановка была как после очень долгого и плодотворного рабочего дня. Только длился он уже не меньше месяца и, похоже, не собирался завершаться.
— Понятно, — отреагировал Магистр и вернулся к картам, застилавшим его стол ковром в три слоя.
— Кхм, — прокашлялась жрица, намекая, что она ещё здесь.
— У меня много дел.
— Мы можем обеспечивать надежный тыл и снабжение… — начала заводить шарманку заново Фиона, но безуспешно.
— Можете. Если так произойдет — хорошо, — довольно многословно ответил Магистр, одарив её полным безразличия взглядом. — Если Нокс нам поможет — неплохо. Но если вы или они расчитываете втянуть нас в свои мелкие политические дрязги или шкурные интересы — то впустую тратите время. Моё и своё.
— Компромиссы бывают…
На этот раз ей возразили ещё более многословно и эмоционально. Именно в этот момент до Фионы дошло, что безразличие на лице Магистра скорее напускное — это следствие его измождённости. Но если потребуется, глава паладинов вполне мог быть эмоциональным, красноречивым и воодушевляющим:
— У монстров, что на нас надвигаются, нет никаких компромиссов. Это орда, она голодна и желает этот голод удовлетворить. Абстрактно выражаясь, — голос Магистра звучал будто удары бичом по воздуху. — Если вы или Нокс желаете помочь с ними — поможете. Без всяких уступок и компромиссов. Иначе, ну… — он пожал плечами, — мы продержимся ещё где-то месяц, может, полтора, если повезёт. — Вдруг его взгляд и голос сделались крайне колючими: — Как там Нокс, уже покрасил свою калиточку в новый цвет? Монстры ценят хорошую, свежую краску модных цветов.
В следующие десять секунд огонь и бушевавшие эмоции улеглись и Магистр постепенно вернулся к прежнему устало-отрешённому состоянию. В конце глава паладинов как будто бы с обидой и даже разочарованием заметил:
