Дымная рука постепенно слабела и исчезала. Пока о полном высвобождении речи не шло, но Страж поляны уже касался задними лапами земли и вовсю орудовал хвостом, кроша подвернувшихся гоблинов и мешая им на себя карабкаться.
— Листик, давай! — крикнул Тукан, силясь отыскать взглядом либо её саму, либо Фиону с Оулле.
К счастью, все трое нашлись не так уж далеко от чудища, спеша к месту действия и без всяких подсказок понимая, что вот он их, возможно, единственный шанс.
— Зелье! — напомнила жрица строго, замечая чрезмерное рвение гоблина.
Очень нехотя Листик залпом выпила эликсир, торопясь так, что едва не съела склянку, после чего быстро прицелись и пустила стрелу, приговаривая:
— Это тебе за папу… За Головешку! За Нидлбгуун!!!
Последующие события происходили с предельно высокой концентрацией на единицу времени. Старт этому калейдоскопу сцен дала пущенная Листиком стрела, прочертившая воздух чёрной полосой — как будто отвратительно чадящий паровоз решил вдруг полетать. Она угодила аккурат в левый глаз Стража поляны, войдя по самое оперение.
Чудище, коротко вскрикнув, безвольно повалилось на землю. На кратчайшее мгновение у всех присутствующих появилась надежда, что это — конец, победа, но затем монстр резко, с необычной скоростью вскочил на лапы.
Страж поляны был очень серьёзно ранен: недоставало одной лапы и глаза; с облысевшего бока, утыканного стрелами, как еж иголками, лилась густая, тёмно-багровая кровь; перерубленными оказалась добрая половина хвостов. Однако он всё ещё был жив, а главное — чрезвычайно сильно зол.
Для начала чудовище резко крутанулась на месте, во-первых, скидывая успевших взобраться на него гоблинов, явно планировавших добраться до второго, целого глаза, а во-вторых, расшвыривая, разрубая и раскидывая всех остальных, кто имел неосторожность оказаться слишком близко. Затем Страж поляны обратил внимание на бригаду «Эдельвейс». Направив на них лицо, он издал рык такой силы, что оказавшиеся под ударом игроки попадали замертво, не успев дёрнуться. Даже на земле остался след от звукового удара. После этого всего Страж поляны устремился к Листику.
Первым наперерез бросился Оулле — его раздавили в лепёшку. Фиону, которая пыталась что-то колдовать, фактически взорвали с помощью звуковой волны, выпущенной в упор. Сверху свалилось когтисто-зубастое нечто, отдалённо похожее одновременно на медведя и сову — Эланна. Друид планировала повиснуть у монстра на морде, давая гоблину шанс спастись, но её ловким, резким движением подбросили вверх, после чего перекусили, прожевали и проглотили. Тукан же просто не успел.
Нельзя было сказать, что он не пытался. Даже когда Разочарослав упал, споткнувшись обо что-то или кого-то, крестоносец подхватился и с мечом наперевес побежал уже на своих двоих. Но шансов успеть или хотя бы что-то сделать у него не осталось. Даже на то, чтобы в очередной раз взмолиться.
Страж поляны, без особого труда настигнув Листика, придавил её лапищей к земле, мельком осмотрел уцелевшим глазом, а затем со всех сил надавил. Раздался и сразу оборвался короткий взвизг, после чего страшную тишину пронзил неприятный хруст.
Тукан, видевший и слышавший это всё лучше всех, застыл как вкопанный с раскрытым ртом.
— Она не должна была умереть… только не она.
Крестоносец неистово пытался применить кнопку «Взмолиться», абсолютно не замечая происходящего вокруг. Для него в этот момент мир сузился до одной лишь кнопки интерфейса.
— Бей его! Бей! Сейчас! Бей! — раздался по связи визг Фионы, под аккомпанемент ещё целой кучи голосов, тоже видевших то, чего не видел сам Тукан.
Все они повторяли одно и то же слово. Крестоносец не без труда понял, что находился в клубах солнечного света, что лучом пробился сквозь штормовые тучи. Да и не стоял вовсе, а парил в воздухе, благодаря паре золотых крыльев, появившихся за спиной. И что его меч — ранее довольно дешёвая железяка — окутан ослепительно белым пламенем, от малейших движений которого даже в воздухе оставались порезы.
— П-павлин тебе! — прорычал Тукан, замечая, что у него изо рта и глаз вырывался огонь.
— Договоримся! — вдруг испуганно крикнул Страж поляны, но рука Тукана даже не дрогнула. — Переговоры! По-о-о-оощады!
Удар был страшен. Монстр просто перестал существовать, с беззвучным криком и страхом на лице растворившись во вспышке белого пламени. В направлении взмаха осталась гигантская расселина, поверхность которой представляла из себя цельный кусок стекла.
Свет покинул крестоносца, ласково и нежно опустив на землю. Тукан сразу же подбежал к изломанному телу Листика, неистово нажимая и нажимая «Взмолиться», желая вновь воззвать в высшим силам. Однако в тот день больше его молитвы не были услышаны.
Моросил мелкий, уже не ледяной, а весенний дождик. Из-за туч нет-нет, но выглядывало солнышко. По полю боя шлындали гоблины — они собирали тела павших сородичей. Вообще они хотели сбежать, но услышали от Фионы короткое «Нет», сказанное с таким лицом, что по итогу остались помогать все до единого.
