— Я тут подумал, — в тон ему повторил наёмник, мгновенно воспользовавшись шансом, — что нужно утроить мою награду. — Он пренеприятно усмехнулся. — Дельце плохо пахнет. За простую работу столько не платят.
Герб Нокса
— Скажите мне, Оулле, выполнили ли вы мои рекомендации касаемо жизни по расписанию?
— Нет.
— Почему? — не то чтобы сильно удивившись, уточнил доктор, задумчиво покачиваясь на кресле.
— Так удобнее. Так проще. Так лучше для меня.
— Действительно, так удобнее жить. Многое становится проще при наличии расписания дня. Но лучше ли это для вас? Нет. — Доктор тяжело вздохнул. — Мы неоднократно обсуждали этот вопрос. Я не смогу вам сказать что-то новое по той простой причине, что всё сказал ещё в первый раз. Могу лишь повторить.
— Не надо. Я помню эти разговоры.
Доктор призадумался, а затем задал довольно неожиданный вопрос:
— Сколько людей вокруг вас живут по расписанию? Нет, это не домашнее задание. Ответьте мне сейчас, как сами считаете?
— Думаю… — Оулле запнулся и исправился: — Не думаю, что кто-то из них живёт по расписанию.
— Вот именно! Нет, не поймите меня неправильно, будь тут кто-то из них, это был бы мой первый совет — завести себе расписание. Хотя бы самое минимальное. Но в вашем случае нам нужен именно отход от прежних привычек. Даже таких полезных. — Доктор призадумался и щёлкнул пальцами. — Знаете, что? Я запрещаю вам пользоваться будильниками. Да, именно, если вы хотите и дальше…
— Это не поможет, — честно признался Оулле. — Я просыпаюсь за полторы минуты до будильника. Даже если устанавливаю его на непривычное время.
Повисла долгая пауза.
— Вы знаете, что вы — невыносимый пациент?
— Извините…
— Это сделали не орки. Не боты. Слишком аккуратно, — осматривая пепелище, заключил Оулле. — Слишком безвредно.
Ещё вчера здесь располагался дом. Вернее, почти готовый дом — пол, крыша, стены, не хватало разве что дверей и внутреннего убранства. Ночью всё сгорело до состояния обугленных, ещё слегка дымящихся головешек. К счастью, застройка Гадюкина ещё была не настолько плотной, чтобы имелся хотя бы теоретический шанс на распространение огня на соседние постройки.
— Чей-то знак, вроде предупреждения? — предположил Тукан, также участвовавший в расследовании пожара, но затем он покачал головой и резко изменил направление хода своих мыслей. — Слушай, ничего не хочу сказать, но мы вчера всю ночь… в смысле день с огнём возились. Грибы эти… — В его глазах отразился давнишний страх. — Грибочки, чтоб их! Может, это наши, ну-у-у, не специально?
Оулле прошёлся вокруг пепелища. Предположение было не то чтобы оскорбительным и даже не глупым. В целом. И вправду, вчера, после того как Каменец хорошенько очистили огнём и не один раз, часть «очистителей» занялась строительством этого самого дома. Вряд ли они горели в процессе и не заметили этого на протяжении нескольких часов работы, но вот принести с собой что-то горючее, например, на подошвах — вполне могли. Только вот это не отвечало на вопрос, откуда взялся огонь в свежепостроенном, то есть ещё сыроватом доме. Так или иначе, речь шла именно о поджоге.
— С другой стороны, если это чей-то знак, то чей и кому, и вообще зачем? — продолжил рассуждать крестоносец. — Учитывая обстановку, нам столько людей может подавать сигналы… половину из которых мы даже не заметим.
— До сих пор никто не вредил напрямую, — напомнил рахетиец.
— Да ну? А те наёмники из Амбваланга, забыл?
Они обменялись полными взаимопонимания взглядами. Вариант был, конечно, «пальцем в небо», но звучал явно правдоподобнее поджога со стороны своих. Впрочем, пока что-то утверждать было рано.
— Почему тогда сожгли один дом? К тому же пустой? — задал вопрос Оулле, пытаясь понять логику.
— Понты. — Тукан пожал плечами. — Типичная для многих наемников болезнь.
Рахетиец кивнул, показывая, что принял эту мысль к сведению, после чего развернул её, так сказать, «под себя»:
— Если бы в мои планы входило сделать кому-то неприятно, то я бы делал это понемногу.
— Как хорошо, что это не входит в твои планы, да? — Крестоносец осклабился и прикинул: — Так явно безопаснее. Дом сегодня, бот завтра — шансов попасться минимум, а мы будем злиться каждый день напролёт. К тому же, если мы принимаем теорию о госте из Амбваланга, то он явно не торопился прежде — с чего бы ему торопиться сейчас?
— Надо его поймать, — резюмировал Оулле решительно, уже что-то прикидывая.
— А-а-а-а, вот так просто? Поймаем игрока, который в курсе, что его будут ловить? Который, вероятнее всего, также знает, что мы знаем о том, что он знает…
— Да, так просто, — перебил рахетиец, у которого начинала болеть голова от этой болтовни.
Оулле, делая вид, что патрулирует, ещё раз прошёлся по ночному Гадюкину. На самом деле, он проверял, насколько правдоподобной у него получилась картинка настороженной засады. Именно такое впечатление он хотел создать у постороннего наблюдателя.
