— Они хорошие. Ну, для гоблинов.
Страж поляны вновь зарычал, но всё же предложил и третий вариант:
— Пираты.
Игроки недоумённо переглянулись и единогласно, не совещаясь, пришли к выводу, что тёплых чувств к морским разбойникам, к тому же заочно они не питают и вполне согласны устранить их.
— Пойдёт, — резюмировала Фиона.
Она собиралась уточнить, где именно искать пиратов — потенциальный ареал поисков у побережья мог занять несколько дней, однако чудище уже удалилось, оставив на прощание три весьма заметных борозды на земле. Явный, пускай и своеобразный счётчик времени.
— Я надеюсь, это дни, — высказался, осматривая след, Фалайз.
— Лучше бы ты надеялся, что это месяцы или годы, — фыркнула Калита. — Пиратов может быть много.
— Фух, я уж думала Ваську ему отдать, — вздохнула с облегчением Фиона, как после очень долгого погружения.
Она вся дрожала и вообще едва-едва стояла на ногах от наконец взявших своё эмоций.
— Кого⁈ — вытаращилась на неё Калита. — Вы вправду назвали бота…
— Как бы ты его назвала? — коварство поинтересовался Тукан.
— Ну-у-у…
В чём именно состоит коварство стало понятно в тот момент, когда вампирша, не найдясь что ответить, перешла сразу к насилию:
— Ты мне ещё за чайник ответишь! Криворукий жопорук!
— Биржа закрыта! Повторяю: торги на сегодня завершены!
Голос потонул в полных возмущения криках. Гамбекская рабочая биржа занималась куплей и продажей рабочей силы. Чаще всего — обещаний рабочей силы. Обычно это были среднесрочные контракты по типу работы в мастерских, сбора ресурсов и всё в таком духе. Потом эти договорённости воплощались в конкретные заказы и поручения в гильдиях.
Наиболее умные биржевые игроки заметили приближающийся крах ещё неделю назад. Сообразительные поняли это уже пару дней как. Остальные же сегодня обнаружили, что цена труда на бирже только за несколько часов упала на порядок. И если бы не поспешное завершение торгов — падение продолжалось бы ещё долго. Тут уже и самые тугодумы сообразили, что завтра будет только хуже, а к концу недели от их привычного мира может и вовсе ничего не остаться.
— Проклятые дворфы! Чтоб им пусто было!
Всё дело было в ботах. Келлеган выпустил на рынок пробную партию рабочей силы. Та оказалась распродана за считанные мгновения. Это была лишь крошечная капля в бескрайнем море игровой экономики «Хроник». Однако она наглядно показала, что вот-вот хлынет ливень.
Игроки, собравшиеся на уже закрытой бирже, побурчали, покричали, погрозили кулаками, но разошлись. Мало кто из них задумывался, что за каждым стоит не абстрактная «рабочая сила», а вполне себе живые игроки. Которые уже завтра-послезавтра обнаружат себя безработными. И вот тогда грянет шторм.
Максим Филатов посмотрел на время и тяжело вздохнул. Он не был пунктуальным человеком. Просто старался всегда приходить вовремя, извинялся, если такое случалось, за опоздания и не винил других, когда приходил слишком рано. Тем не менее даже с его бесконечно терпеливой к слабостям других точки зрения — опаздывать каждый раз было как-то чересчур. Особенно после нескольких весьма неприятных бесед на эту тему.
Но хуже всего было даже не это. Хуже всего было осознавать, что опоздай он хотя бы на пару минут — будет крик. Много противного крика, беспочвенных обвинений и просто нелепых заявлений.
Глядя на картину, изображавшую рождение Венеры, и рефлекторно, подсознательно разбирая её на детали, Максим словил себя на мысли, что не такой он себе представлял любовь. Что что-то идёт не так, не туда и не в той форме, в которой ему бы хотелось. Ещё он понял, что эти мысли день ото дня появлялись у него всё чаще и с каждым разом всё более подробные. Они давно сформировали «скелет» из аргументов, а теперь обрастали «мясом», состоящим из размышлений и интерпретаций.
Максим увидел её ещё издали. Как и в первый раз, как и всегда с мимолётным замиранием сердца. Мысли о плохом сразу же исчезли. Он был слишком искренним человеком, чтобы злиться и тем более портить другим настроение из-за ерунды. Однако в этот раз червячок сомнений чуть подзадержался, шепнув напоследок почему-то голосом Тукана:
«А она такая же?»
Тряхнув головой, Максим отогнал эти мысли и с улыбкой поздоровался третий раз за день:
— Привет. Ну что, пойдём?
— Пойдём, — обворожительно ответила она, и вместе они направились в другую часть картинной галереи. — Так что, ты подумал?
— Я не могу оставить друзей, — как можно мягче ответил Максим.
— Ты обещал мне!
— Даже если бы я мог… — он был одним большим извинением в этот момент.
— Ты обещал мне, что перестанешь изображать героя-спасителя мира, и мы будем просто играть вместе! — повторила она несколько повышенным тоном.
— Я не изображаю героя, просто хочу помочь! — искренне сказал Максим.
— Зачем? — не менее искренне и неподдельно удивилась она, и это было самым ужасным.
