– А чего он хотел-то? – допытывалась неугомонная Кайла. – Может, он был пьян? Он тебе что-нибудь сказал?
– О-о-он… – тянула я, пытаясь вспомнить, что же говорил тот парень. – Сказал, что хочет мне помочь.
Все вдруг остановились, и было непонятно, из-за меня или из-за того, что слишком удивились такому повороту событий.
– Помочь тебе? – скептически переспросила Кайла.
– Это все, что он сказал. И все время спрашивал, была ли я в кабинете у Чейза.
– А зачем ему это знать? – удивился Гейб.
– Понятия не имею, но больше ничего не помню. – Я потерла рукой запястье, которое он свирепо стискивал и которое все еще болело. Бессмысленно потоптавшись, мы пошли дальше.
– Все будет хорошо. Его найдут, – пообещала Кайла.
– Теперь я рядом, и ты в безопасности, – шепнул мне Гейб.
Мы подошли к центру сада, где друг напротив друга стояли две бетонные скамейки.
– Может, посидим немного? – попросила я, все еще подрагивая.
– Конечно, – сразу согласилась Кайла, усаживая меня на скамейку и устраиваясь рядом. Гейб через секунду притулился с другой стороны, а остальные сели напротив.
Когда виски у меня в чашке закончился, Кайла протянула уже открытую бутылку ледяной воды, и я залпом ее выпила. Холод, совершенно иной, не тот, который я чувствовала прежде, пробежав внутри по всему телу, отогнал дрему, немного меня взбодрив.
– Спасибо. – Я вернула Кайле опустевшую бутылку.
– Еще чего-нибудь хочешь? – спросила она.
Пожалуй, нет. И я покачала головой.
– А поесть? – спросил Гейб.
– Или выпить чего покрепче? – Роб протянул бутылку со спиртным. Как ни крути, но алкоголь казался единственным средством успокоить нервы.
Я согласно кивнула, он встал, пересек бетонную дорожку и снова наполнил чашку в моей руке.
– Так-то лучше.
Сделав еще глоток, я почувствовала мгновенное облегчение, когда тепло, наконец, пересилило холод.
– Домой хочу, – проговорила я дрожащим голосом.
– Скоро уже пойдем, – отозвался Гейб, притягивая меня к себе и укладывая мою голову себе на плечо.
Я закрыла глаза, новые слезы покатились по щекам. Больше я ничего не сказала. Это уже не имело значения. Но в глубине души знала, что имела в виду совсем не то, что они подумали.
Водопад Вдовы никогда не станет мне домом. А я никогда еще так не тосковала по настоящему своему дому.
Таинственного незнакомца так и не нашли. Чейз не отпускал нас еще час, пока дом обыскивали, проверяя внутри и снаружи, но кем бы ни был тот чужак, чего бы ни хотел, он давно исчез.
Уверившись, что я успокоилась и чувствую себя уже намного лучше, Чейз довел нас до входной двери и проводил, возглавив дружную шеренгу остальных гостей.
Однако я не могла не заметить, что взгляды его бесчисленных друзей уже не так приветливы, как раньше. Но мне было все равно. Все, чего мне хотелось, это вернуться домой. В то единственное место, которое я, как ни крути, больше не могу называть домом. Мы вышли за дверь, и алкоголь, плескавшийся в моем желудке, притупил боль и панику, которые я испытывала.
Гейб помог мне сесть в пикап и пристегнуться. Пока он обходил машину, я, закрыв глаза, прислонилась головой к боковому окну. Как приятно прижаться пульсирующим виском к прохладному стеклу! Я поплотнее закуталась в пиджак Гейба, умудрившись продрогнуть даже теплым летним вечером.
Грузовик тронулся, и меня начал одолевать сон. Я не стала сопротивляться и сдалась на его милость, с распростертыми объятиями встречая тот уход от реальности, который он нес с собой.
Мне показалось, что прошло всего несколько секунд, как чьи-то руки обняли меня, подняли, и когда я открыла глаза, мы уже были у Водопада Вдовы. Гейб, прерывисто дыша, нес меня на руках, как куклу, похрустывая ботинками по гравию.
– Я могу идти сама, – попыталась воспротивиться я, но он не слушал, и во мне поднялась волна благодарности. Наверное, прошли годы и годы с тех пор, как обо мне хоть кто-то заботился. Именно в этом я так давно нуждалась, даже больше, чем сама осознавала до сего момента. Меня мучила слабость, тошнота, опустошенность. Хотелось свернуться калачиком и спать, спать и спать – до тех пор, пока боль и страх той ночи полностью не покинут мое тело.
Через несколько секунд я уже лежала в постели, и кто-то расшнуровывал мои сандалии, а потом накрывал меня простыней, вынимал заколки из волос, вертя мою голову так и эдак.
– Спасибо, – прошептала я всем, кто хотел меня слышать. Веки у меня совершенно отяжелели, не желая открываться, да я и не пыталась. Вместо этого я позволила себе снова уснуть, обретя, наконец, долгожданный покой.
ТОТ ПАРЕНЬ НАШЕЛ МЕНЯ.
Он пошел за нами.
Он был в комнате.
Он приближался ко мне.
Он потянулся ко мне.
Я закричала.
Я закричала.
Я закричала.
Ничего не произошло.
Ничего не случилось.
Моя рука пульсировала в его железной хватке.
Я…
Я вздрогнула, открыла глаза и оглядела темную комнату. От полной зловещей тишины меня отделяло лишь жужжание вентилятора.
