Мне очень хотелось отсрочить неизбежное. Пожалуй, Вэй мне нравился, но я совсем не знала его. Что сделает со мной вожак стаи? Как это случится? Мне было страшно оказаться в руках сильного человека-зверя. Чтобы отдалить это время, надо было говорить, хотя бы о чём-то. Хотя меньше всего в эти минуты я думала о ведьме из нашего селения.
— Разумеется, не видела, — неторопливо проговорил Вэй. Его рука легла мне на плечо, глаза смотрели в глаза. — Они общаются только со старейшиной. Все селения неподалёку от леса платят нам дань, чтобы мы вели себя мирно. Разумеется, селяне в летах знают о нас, а вот детям и подросткам не говорят, так уж издавна повелось. Тебе холодно, Илиана? Ты вся дрожишь.
— Нет. Дань — это девушки, такие, как я? — вырвалось у меня.
Вэй тихо рассмеялся и прижал меня к себе. Я невольно попыталась отстраниться, но он покачал головой.
— Нет, такую дань мы берём очень редко. А таких, как ты, по всем окрестностям больше нет. Дань — это продукты. Яйца, молоко, иногда мясо, овощи, хлеб… Не думал, что вила окажется такой пугливой, — Вэй провёл рукой по моей талии и остановился чуть ниже. — Ты так боишься меня, что даже не посмотрела вокруг. Как тебе домик?
Я отвернулась и в смятении оглядывалась по сторонам, только бы не глядеть на мужчину. Вэй принялся неторопливо поглаживать меня по спине, по бокам, немного задерживая руки то у груди, то на талии.
— Я так не могу, — вырвалось у меня. — Пожалуйста! Это можно отложить?
— Нет, — Вэй сзади коснулся губами моей шеи. — Я же вижу, что тебе приятно. Просто отдайся мне, я знаю, что с тобой делать. Я это чувствую, — его губы переместились ниже, к моему плечу. — Так как тебе дом? Спать будешь на печи, там удобнее всего, и зимой, даже в лютые морозы не бывает холодно. Там, на полках — всё для стряпни, в подполе — наши припасы, а ход в подпол у окна.
Вэй всё так же стоял сзади, одна его рука переместилась мне на живот, другая поглаживала ткань сарафана над моей грудью. Я поняла, что дышу чаще и глубже, чем обычно. Мои бёдра напряглись, и тут же рука Вэя с моего живота переместилась на бедро. Ласки этого человека были, и правда, приятны.
— Сними это, — тихо приказал он.
Я помотала головой. Сказать ничего не могла, так страшно вдруг стало от того, что я наедине с мужчиной, который может сделать со мной всё, что захочет.
— Запомни сразу, — неожиданно жёстко произнёс Вэй, — ты должна делать то, что я говорю.
Он резким движением разорвал на мне сарафан. Испорченная одежда падала на пол, я пыталась прикрыться руками, но Вэй со смехом отстранял их.
— Какая скромница мне досталась! Ну-ка, покажись! — он мягко повернул меня к себе. — М-м-м, красавица, каких поискать. — Руки Вэя неторопливо погладили мою грудь. — Да не смотри ты на меня, как на зверя. Тебе приятно, я вижу, мурашки по коже идут. Давай-ка приляжем, так будет удобнее.
Он протащил меня к стене, у которой валялись какие-то тряпки, и мягко опустил на них.
— Сегодня наше ложе тут, — выдохнул он.
— Можно задуть свечу? — почти без надежды попросила я.
— Нет. Я хочу не только чувствовать тебя, но и видеть. Если так уж смущаешься, можешь закрыть глаза. Так и ощущения будут интереснее.
Я смирилась. А что мне оставалось делать? Только дать Вэю то, что он хотел получить. Его поцелуи и ласки стали нежны, он старался не сделать мне больно. Или, скорее, сделать не очень больно, и боль смешивались с новыми, неожиданно приятными ощущениями.
Когда всё закончилось, Вэй сидел рядом и поглаживал моё тело.
— Хорошая девочка, — с улыбкой произнёс он. — В следующий раз будешь мне отвечать. Завтра я расскажу тебе, какие ласки сводят мужчину с ума.
Я вяло улыбнулась. Не так всё и плохо, как казалось. Надо просто подчиниться Вэю. Наверно, я скоро смогу к нему привыкнуть, и здесь будет не хуже, чем в селении. А может, даже и лучше. В селении ни один мужчина не прикоснулся бы ко мне, а тут у меня вместо мужа будет Вэй. Надо только привыкнуть…
Вожак оборотней приподнялся и взял со стола кружку.
— Выпей это, чтобы не понести ребёнка. Щенков стая пока не хочет.
Я до дна осушила кружку, испытывая огромное облегчение. Я тоже не была готова вынашивать и рожать оборотня. Старые легенды рассказывали, что для женщин такие роды заканчивались смертью.
— Ты разорвал сарафан, — напомнила я, стараясь не смотреть на Вэя.
— Ты же не захотела его снять, — хмыкнул вожак стаи. — Всё равно одёжка была плохонькая.
— Да, но это всё, что у меня было, — я заставляла себя выговаривать слова.
— Утром принесём тебе вещи из селения, — пообещал Вэй. Он погладил меня по голове. — У тебя красивые волосы, мягкие, длинные, и пахнут цветами. Твоё лицо прекрасно. А какое тело… — рука мужчины коснулась шеи, спустилась к моей груди и снова принялась ласкать её, то поглаживая, то нежно сжимая. — Кожа как шёлк, грудь упругая, взгляд такой беззащитный… Интересное ощущение — взять красавицу, к которой никто даже не прикасался, знать, что дотрагиваешься до всего этого первым… — он улыбнулся.
— Вэй, но как я отсюда выйду? — пролепетала я. — Мне нужно что-то надеть.
