Я осторожно провела пальцами по его плечам. Он не пошевелился, и кажется не дышал. На гладкой слегка тронутой загаром коже, кое-где рассыпаны мелкие родинки. При других обстоятельствах он мог бы быть моим. Я могла бы свободно касаться его – священное тело, которое боготворила. И они посмели причинить ему боль. Я не знаю, как описать свои чувства. Мне уже хотелось, чтобы в ту секунду передо мной явились и Гамлет и Алик, мне бы достало сил их придушить. Потом гнев сменился страхом. Да, я знаю, что все позади, но ведь они могли и убить его! Я бы всю жизнь себя проклинала, за то, что повела его вчера на прогулку.
–Это что?– мой голос был каким-то сухим и безжизненным, как солома,– Тебя, что секли?
Я была на грани истерики, но увидев, выражение его лица, какое-то испуганное, собрала волю в кулак и проглотила слезы. Дрожащими руками, но как можно осторожнее, чтобы не причинить ему боли, я накинула на него рубашку.
–Такое иногда бывает, Анна. У таких дикарей как мой дядя и его… Гамлет. Это редкость. Обычные люди так не делают,– мне кажется или он оправдывается?
–За что? Из-за меня?
–Анна…
Я все-таки не выдержала, меня прорвало.
–Тогда он тебя тоже высек, да? Поэтому ты избегал меня?
–Все не так. Анна!
–А как? Как ты мог позволить так обращаться с собой? Почему не сказал ничего?
–Я был ребенком, что я мог сказать?
– У тебя же мать есть. У тебя отец есть. Что он еще с тобой сделал?
–Да успокойся ты. Все хорошо.
–Хорошо? Это ты называешь – хорошо? А если бы он убил тебя? Что было бы со мной?
Меня снова трясло. Я не могла взять себя в руки.
–Анна, успокойся. Успокойся, слышишь?– он держал меня за руки, а потом обнял, – Тихо, моя хорошая, тихо.
Я рыдала у него на плече, побитом, истерзанном, такая же побитая и истерзанная, только морально. Его «моя хорошая» произвело обратный эффект, стало еще больнее.
–Так не честно! Так нельзя! Почему все так стараются нас разлучить?
–Это не все, Анна. Это наши родственники. И, поверь мне, они лучше знают….
–Что?
Я не поверила своим ушам. Он с ними заодно? Какая же я дура! Все это время у меня еще теплилась надежда, что может, он тоже хотел отношений со мной, но ему не дали возможности, ведь тогда от него ничего не зависело. « А Радим тогда приехал, все спрашивал, бедный, про тебя, мол, где она, когда вернется» – прозвучали в ушах слова тети Мэри. Неужели она соврала?
–Значит ты с ними заодно? А я думала, что тебя заставили!
Меня опять захлестывали эмоции. В таком состоянии я могла наговорить все, что угодно. Какая же я была дура. И как глупо выглядела в своем стремлении провести с ним больше времени. Как унизительно.
–Все не так…
–А как?
–Просто так будет лучше для нас обоих.
–Ты ничего не понимаешь!
–Хм…. Тебя сильно ударили по голове, да? – он опять ехидно улыбался.
Это даже помогло мне собрать волю в кулак и перестать лить слезы.
–Меня сильно ударили, это правда. Но не по голове и не вчера.
–Думаю, нам следует пойти по дороге в обратном направлении,– не дожидаясь, пока я спрошу, решил он,– Это, конечно опасно, но не можем же мы идти по лесу, все-таки мы в горах. Рано или поздно мы куда-нибудь придем. Или встретим кого-нибудь кто бы смог помочь нам.
Собрав вещи в рюкзак, мы двинулись в сторону дороги. Он шел первым, а я нехотя плелась вслед за ним. Он делает, что хочет, а я за всеми этими его штучками безвольно наблюдаю. И не могу ничего с собой поделать только и жду, когда он позовет меня. И после каждой встречи становится все больнее. Словно от тебя отрывают часть, потом пришивают, а потом опять отрывают. Без наркоза.
Внезапно Радим остановился и резко повернулся ко мне.
–Анна. Ты не о том думаешь. Нам надо выбираться отсюда.
Я предпочла промолчать. Да он прав. Надо сосредоточиться.
9
Она тихо шла за мной. Я должен был ей это сказать. Сыграть на гордости, чтобы привести ее в чувство.
«Меня сильно ударили, это правда. Но не по голове и не вчера».
Я буквально физически ощущал боль, которую доставил ей сам же. Или может это моя собственная? Я думал, что забыл ее, но оказавшись снова рядом с ней…. Это меня так на ней заклинило или она действительно относиться к тому типу женщин, которые, если хоть мимоходом коснулись твоей жизни, то все – не забываются никогда. Или это первая любовь? Или еще что-то? Одно только ясно. Что я люблю ее. Теперь. Сейчас. И всегда, с тех самых пор, как увидел ее, когда она ко мне обратилась с вопросом, как меня зовут.
Я думал, что все в прошлом. Думал, ее больше нет в моей жизни. Все это время, я проводил жизнь в бесплодных попытках забыть ее. Бесчисленное количество девушек в моей жизни. Бесконечные вечеринки и гулянки с приятелями. Курево и алкоголь. Все это было в моей жизни. Несколько лет я барахтался в этой грязи, пьяном угаре, упиваясь собственным безбожьем, заглушая тоску и горечь, оправдывая смысл своего существования. Я знал, что живу неправильно. Что делаю всем только хуже. Потом я устал и от этого. Вечеринки остались в прошлом.
А потом появилась Айна.
