Но ведь жениться же можно на христианке? Если она согласится принять нашу веру. Я оглянулся на нее. Она шла, опустив глаза на дорогу, бледнее обычного, уголки губ опущены, обиделась, наверное. Я почувствовал прилив жалости. Нет, не будет этого никогда. Даже не пытайся, Радим. А неверную в семью не примут. Как маму. Всю жизнь ей придется терпеть косые взгляды моих родных. Одна в чужой стране. Нет, не сможет. А что если мне переехать? Почему бы и нет? Я стал нащупывать почву под ногами. Но я женат уже. Анна не согласится на такой брак. А развестись, только женившись? Нет, совесть тоже хорошая вещь. Что будет с Айной? Кроме меня у нее никого нет. Мать умерла, а отца она не знает.
Она так похожа на Анну. Такие же длинные отливающие золотом на солнце волосы. Такие же светлые глаза. Даже имена похожи.
Только сейчас до меня стало доходить. Неужели я женился на ней только потому, что они с Анной… Похожи? Отвращение к себе я часто чувствовал но такого как в эту минуту, когда я понял о себе еще одну ужасную вещь, не было никогда. Я думал, что люблю девушку, на которой женился. А на самом деле? Нет, хватит думать об этом. Я должен любить ее. Хотя бы потому, что она моя жена. Потому что она любит меня.
Сначала бы с Аликом разобраться. Они бы не оставили меня в живых еще тогда, если бы хотели убить. Они везли меня на «прииск», точно! «Прииском» Алик называет место содержания своих работников. Хотели и меня туда устроить. Вот уроды. Помощь Димки и его вооруженных приятелей бы сейчас совсем не помешала. А он ждет, наверное, надеется на меня. Да, здорово я его подвел. Надеюсь, ему хватит ума отказаться от поездки.
Мы завернули за поворот, и я услышал какой-то шум неподалеку. Сначала подумал, что это шум приближающейся машины, а потом среди просвета между деревьями, разглядел реку. Только шум мне показался неровным, неестественно громким, даже нарастающим, не похожим на то, как течет вода в реке, казалось, шумит со всех сторон: со стороны реки, дороги и неба. Анна тоже это заметила, подошла ко мне и вопросительно заглянула мне в глаза.
–Наверное, в горах такая акустика, – предположил я.
–Ты думаешь это эхо такое?
И тут одновременно случились две вещи: из-за поворота выехал грузовичок, а сверху над горой пролетел вертолет. Я сразу узнал машину Алика.
–Бежим! – крикнул я, схватил за руку Анну, и мы со всех ног понеслись вниз, к реке, больше было некуда. Там можно будет спрятаться среди деревьев. Машину остановили и, оглянувшись, я увидел, как Гамлет бежит вслед за нами, а Алик что-то ему кричит вслед.
–У него оружие! – прокричала Анна.
Мы добежали до опушки, густо поросшей елками. Надеяться, только на то, что он нас не найдет, было по меньшей мере глупо. Я делал одну ошибку за другой. Не время было копаться в себе, надо было убежище искать. Мы бежали, что есть сил, но видно этого было недостаточно, надо еще быстрее. Углубившись в заросли, я быстро понял, что нам не уйти, на небольшом расстоянии виднелся просвет. Шум стал немного другим и громче, но я не обратил внимания. Неужели вертолет они выслали на наши поиски? Мне бы это польстило, если бы не опасность. Послышался оглушительный выстрел, а потом еще один. Я непроизвольно оглянулся. А он быстро бегает! Гамлет был метрах в ста от нас. Внезапно лес кончился, мы выбежали на камни, густо поросшие мхом. И посмотрев вперед, я понял, почему мне показалось, что звук изменился. Перед нами грохоча и переливаясь на солнце всеми цветами радуги, с шумом падала вниз вода.
Гамлет приближался.
Я покрепче взял Анну за руку и попытался заслонить собой, но она не дала.
–Стой….., обаки, ….елять буду! – из-за грохота воды, я услышал только обрывки его речи, но и без слов было понятно, что он затевает. Я видел его кривую ухмылку, и во мне снова вспыхнуло желание, терзавшее меня еще там, в грузовичке дяди. Он поднял ружье.
Я бросил взгляд на Анну. Она с ненавистью смотрела на Гамлета. Испуга на ее лице не было, а только выражение сосредоточенности. Неужели сейчас ее убьет эта сволочь? На свете больше не будет Анны? Моей Анны?
Решение пришло быстро. Я еще крепче сжал ее руку, кивнул в сторону водопада. Она кивнула в ответ. Отворачиваясь от нашего преследователя, я успел заметить, как злорадная улыбка сползла с его лица и уступила место изумлению, а ружье опустилось. Она так и не научилась плавать? Хотя падая с такой высоты в горное озеро вместе с большим потоком воды, мы наверняка не выживем. Ну, что ж, если мы умрем, то хоть не от руки этой мрази. И вместе. Я в последний раз посмотрел на нее.
–Прости, – одними губами произнес я.
К моей неожиданности она улыбнулась и сжала ладонь.
Когда прогремел третий выстрел, мы уже летели вниз.
Я стоял в прихожей у себя дома и как всегда провожал маму на работу.
–Мама, ты такая красивая! – искренне восхитился я. Она была в голубом платье, которое ей очень шло. Оно мне нравилось больше других ее платьев, и мама знала об этом.
–Спасибо, мое солнышко!
