— Ну что же, Мюррей — сумасшедший. Его подсознание знало о намерении совершения самоубийства, но сам он был свято уверен в чистоте собственных намерений, и это вызвало фальшивую верификацию программы.
— Это все?
— Вы хотите получить часовую лекцию с научными терминами?
— Нет, нет, — Миннс инстинктивно прикрылся. — Но ведь в таком случае, программа не поможет нам предвидеть его действия в будущем?
— Нет.
Сегер поднялся и подошел к окну. Какое-то время он глядел вниз, на огни реклам, конкурирующие с солнечными рефлексами в оконных стеклах.
— Не будем преувеличивать, — тихо произнес он. — Сумасшедший или нет, он наверняка понимает, что таким образом жить ему слишком долго не удастся. Ну не может он быть настолько глуп.
— Хорошо, но как предвидеть, что он сделает в ближайшее время?
— Это, как раз, очень просто. Отомстит Вейкерсу.
Пол Мюррей сидел на стенке, окружавшей небольшой скверик. Он усмехнулся, вспоминая мину официанта в изысканном ресторане, скрупулезно пересчитывающего монеты по двадцать пять центов. Но, несмотря на это, чувствовал он себя не самым лучшим образом. Перспектива проведения очередной ночи на станции метро, отсутствие покоя и чувства безопасности, а прежде всего — невозможность принять ванну, не настраивали его оптимистически. А помимо того, иллюзий у него не было. Он прекрасно понимал, что полиция схватит его в течение недели. Разве что в этом учреждении работают исключительно глупцы — ну, тогда у него были шансы на месяц. Никаких перспектив перед собой он не видел. Ему не хотелось бежать в провинцию, не хотелось похищать самолет, он даже понятия не имел, как взяться за любое из этих дел. Не желал он и добровольно сдаваться в руки полиции. Мюррей знал, что его схватят, но надеялся, что, по крайней мере, это будет интересно. Ну а при мысли о пальбе в стиле тридцатых годов он скорчил мину.
Пол глянул на часы. Несмотря ни на что, этот день начался классно, и закончить его нужно было столь же здорово. Пойти к Джоан? Глупость. К кому-нибудь из знакомых? А зачем? Ему уже было тошно от сочувствующих взглядов и все время одних и тех же утешительных слов. А хотелось сделать что-нибудь по-настоящему крутое. Так что, месть? Он закрыл глаза. Картина заколотого, повешенного и пропущенного через мясорубку Вейкерта тут же появилась в сознании. Застрелить его? Нет, вот этого Полу не хотелось. Вполне возможно, что в самый решающий момент он не смог бы нажать на спусковой крючок. Но вот Вейкерт униженный и мечущийся на коленях под угрозой револьвера стоил любого риска. Пол снова усмехнулся. Оставалась только одна проблема: как попасть на территорию предприятия. На сей раз удостоверение не входило в расчет. Нужно было выдумать чего-нибудь другое.
Он глянул на календарь. А ведь ему повезло! Сегодня вторник, а по вторникам на проходной дежурил Кинч — единственный человек, с которым Мюррей подружился на работе.
Пол встал и направился в скрытый под землей туалет. Там, в одной из кабинок он вставил в барабан револьвера новый патрон вместо пустой гильзы. Револьвер он спрятал снова за пояс и прикрыл плащом, после чего вышел на улицу. Мюррей понимал, что идея, которую начал реализовать, не была наилучшим решением его ситуации. Тем не менее, он был уверен, что с ним не случится ничего такого, что оправдывало бы более хитрые поступки.
До станции метро было несколько десятков метров.
— Это абсолютно невозможно! — буквально выкрикнул Вейкерт. — Я не согласен!
— Господин директор… — начал Миннс, — но Сегер удержал его жестом руки.
— Мне весьма жаль, — решительным голосом объявил он, — но другого выхода нет.
— Но почему я должен подвергать собственную жизнь опасности?
Прикрывая руками огонь, Вейкерт закурил сигарету. Было видно, как дрожат пальцы.
— Почему я? — повторил он.
— Мне казалось, будто бы мы все достаточно хорошо разъяснили.
— А вам не будет достаточно просто посадить его за эти нападения? Почему я должен служить живой целью?
— Прошу вас понять, что это опасный безумец. За нападения с оружием в руках он получит где-то лет двадцать, но желтая пресса сделает из него героя — последнего ганфайтера, защищающегося от террора информатики.
Сегер стукнул кулаком по столу.
— За деньги, полученные от продажи своих мемуаров, он найдет адвоката, который вытащит его из-за решетки уже через два-три года, — сказал он уже несколько тише. Мы должны посадить Мюррея за попытку убийства.
— А знаете ли вы, какая у него теперь личнстная программа? — прибавил Миннс. — Да я и сам хотел бы иметь такую.
— Вот именно. Мы не можем допустить, чтобы через несколько лет какой-то псих шастал бы, свободный, по улицам.
Пепел с сигареты Вейкерта рассыпался на его пиджаке.
— Чего вы от меня хотите? — хрипло спросил он.
— План у нас такой, — Сегер разложил на столе лист с проекцией здания. — Мы запускаем Мюррея на территорию предприятия и тут же перекрываем вход. К счастью, все окружено стеной.
— А ваши люди будут вооружены?
