Если бы не дерево за спиной и руки оборотня, держащие его так крепко, Алан давно уже сполз бы на землю. Ноги, скрещенные на пояснице оборотня, совершенно не держали. Новый стон, и острые клыки прошлись по нервно бьющейся венке на шее. Чувствуя пульс, считая каждый вздох и срывая новые стоны с искусанных губ.
О том, что где-то ходит въедливый прораб и потерявшие своего дизайнера рабочие уже забили тревогу, они совершенно забыли. А зря, потому что сиреноподобные вызовы стали только громче, пока не громыхнули где-то совсем рядом. Именно очередной вопль прораба заставил мужчин удивленно дернуться, а у Алана еще и мозг включить. Кайрен был против. Весьма против, особенно, когда из его рук начали активно вырываться. Раздраженно зарычав, он попытался поймать мальчишку, но, получив ощутимый кулак в солнечное сплетение и злой укус в шею, сам отскочил назад. Стоя в нескольких шагах и смотря горящими от злости и вожделения глазами. С растрепанными волосами, продолжая облизывать алые губы.
Крики прораба ненавязчиво грозили перейти на задний фон. А вот тормоза готовы были сорваться. Алан смотрел на неожиданно хищно оскалившегося Кайрена и понял, что сейчас настанет грандиозный пиздец. Глаза оборотня потемнели, черты лица заострились, и, когда Салливан увидел удлинившиеся клыки, то, больше не раздумывая, сорвался с места. Слыша за спиной треск рвущейся ткани и громкий волчий вой.
Мягкие лапы ступают по шуршащей траве, и сердце бьется до предела. Зверь идет по его следу, скрываясь в тенях деревьев и, дыша так низко, что еле слышно. Он скользит совсем рядом, жадно вдыхая запах возбужденного человека и дергая ухом, слыша слишком громкий звук его быстрых шагов. Алан бежит, не разбирая дороги и не смея остановиться. Он знает, что от клыков черного альфы его разделяет несколько минут форы, но это ненадолго. Только от одной этой мысли становиться еще слаще. Кровь пульсирует в венах, набатом стучит в висках и жжет тело, словно раскаленная сталь.
- Беги, лио... беги...
Жаркий шепот мурашками проникает под кожу и заставляет захлебнуться всхлипом. Ветки бьют в лицо, царапают кожу, листья застревают в волосах, а щекам жарко. Грудь разрывается от сорванного дыхания, а в боку уже колит, но он не останавливается. Под ногами шелестит трава, и словно неведомая сила ведет его вперед. Она обволакивает его и ластится, словно дикая. Держит в стороне от опасности и не позволяет споткнуться о корни деревьев и камни.
Наверное, у него совершенно дикий вид, когда он вылетает на поляну к своим взволнованным рабочим. Они смотрят на него с тревогой и удивлением. Он не оборачивается на оклик, не слышит их голосов. Притормозив лишь на секунду, а уже в следующую кинувшись к старенькому джипу. Машина заводится сразу же. Шины визжат и, подняв пыль вперемешку с грязью, несут его вперед. Алан гонит, как сумасшедший, прикусывая губы и заставляя разум работать. Боковым зрением он замечает огромную тень, мелькающую в чаще, и кусает губы. Потому что ни черта не получается сосредоточиться. Джип срывает в крутой поворот, и впереди уже виден черный мост. Он проносится по нему с огромной скоростью и, чуть не сшибая ворота, влетает во двор.
В замке нет никого, кроме слуг и Эрики. Которые при всем своем желании ничего не смогут сделать. Алан врывается в холл и мчится к лестнице. Позади слышен звериный рык и цокот когтей по каменному полу. Он уже близко, и ноги подкашиваются от осознания, что игре скоро конец. Где-то за спиной раздается женский вопль и маты. Он слышит испуганный голос Эрики, но даже не сбавляет скорости. Взбежав по ступенькам и рванув по лабиринтам коридоров к своей комнате. Только мозг явно сейчас не очень хорошо соображает, иначе он точно бы не пропустил свою комнату, свернув на повороте и залетев в покои в конце коридора.
Дверь захлопывается слишком громко, и тело, наконец, слабеет. Алан опирается о деревянную поверхность ладонями и загнанно дышит, опустив голову. Ноги гудят от напряжения, а пальцы дрожат. Он дышит через раз, пытаясь успокоиться. Прикрыв глаза и считая про себя, когда за спиной раздается хриплый низкий смех. Он льдом проходит через позвоночник, заставляя окаменеть и выпрямиться. Только больше не вырываться. К спине прижимается горячее полуобнаженное тело. Когтистые ладони заключают в замок, опираются с двух сторон его головы и губы жарко опаляют ухо дыханием.
- Попался, лио...
