Черный оборотень проходит почти половину трассы, когда неожиданно все обрывается. Это настолько неожиданно, что бьет почти под дых. Сколько бы Кай не звал, Алан больше не отвечает. Его эмоции пропадают, словно их кто-то отрезает острым ножом. Вокруг тишина, от которой волк готов взвыть, потому что она впервые пугает его. За ней нет ничего: ни одной мысли, ни проблеска сознания. Кайрен бродит по округе, рискуя распугать людей, и потерянно пытается отыскать следы Алана, но их нет.
Остается только вернуться домой. Где от одного взгляда на его дикие глаза прислуга прячется по углам, а семейство в полной панике пытается понять, что происходит. Потому что все они уже успели почувствовать все то, что происходило до этого с ним. Хоть и не так ярко, но они тоже успели уловить эмоции Алана.
Гор не знает, где Салливан. Он рассказывает об их коротком разговоре и о том, что американец готовил им сюрприз. Он должен был еще днем быть в Эдинбурге. Но от Салливана нет вестей. После грандиозного разноса, в ходе которого Гору еле удается избежать острых когтей взбешенного Кайрена, он берет своих ребят и едет в город. Уолтер и Эдвард выезжают в Лондон, надеясь разузнать хоть что-нибудь. Все это время до Алана пытаются дозвониться, но он так и не берет трубку. В Нью-Йорке его тоже нет. За полчаса Гор успевает перевернуть вверх дном весь Эдинбург с его окрестностями. Но нет ни одного следа. Еще через пять минут он сообщает Кайрену, что Алана видели на регистрации в аэропорту Джона Кеннеди. Самолет удачно сел в Эдинбурге, и дизайнер был на борту. После этого его никто не видел.
На фоне последних событий альфа еще больше уверился в том, что с Аланом что-то произошло. Он уже готов поднять всю стаю, когда домой возвращается совершенно ничего не знающий Джулиан. На ходу поздоровавшись со всеми и весело болтая по телефону с Аланом. Все они слышат разговор этих двоих и с каждой минутой все больше удивляются. Потому что голос у Алана веселый и такой же насмешливый, как всегда.
- Черт, Салливан, ты точно хочешь моей смерти, – закатив глаза, произносит Джулиан, – и не только моей! Твой... кхм... парень, скоро весь Блодхарт и Волчий Двор заставит выть. Серьезно, Ал. Когда ты вернешься? Мы тут все жутко соскучились.
- О, мои милые детки без меня и дня не могут прожить. Как это миииило, – манерно тянет Алан и смеется, – я тоже очень скучаю и нет, твоей смерти я не хочу. Где я найду второго такого незаменимого помощника?
Джулиан даже не успевает раскрыть рта, когда телефон из его рук резко исчезает и просто на космической скорости оказывается в руках Кайрена.
- Алан! – от его хриплого рыка Джулиан даже вздрагивает, – где ты?
- Далеко, – совершенно спокойно отвечает Салливан, и голос его становиться недоумевающим, – а что случилось?
- Это я у тебя хочу спросить, – пытаясь уловить хоть толику лжи, спрашивает альфа, – сегодня. Гор сказал, что ты должен был вернуться сегодня.
- Оу, неловко получилось. Пришлось развернуться в аэропорту и брать билет в Берлин, – Алан устало вздыхает, – у отца проблемы с заказом, так что не знаю, когда вернусь.
- Надеюсь, ты не забыл о свадьбе. Эрика тебя сожрет, если не успеешь. И... нам нужно будет поговорить.
- Хм, – странно усмехается Алан, – да, думаю, нам стоит поговорить. Ладно, Валгири, мне уже пора. Привет семье.
- Лио...
- До скорого, Валгири, – тихим бархатным голосом произнес Алан.
Короткий смазанный разговор оставил неприятный осадок. Кай задумчиво положил телефон на стол и невидяще уставился на вновь поднявшуюся метель. С Аланом все было в порядке. Он смеялся, шутил и обещал вернуться к свадьбе, но Кай все равно чувствовал подвох. Злой на чертовы проблемы, из-за которых Алану пришлось сорваться по делам. Ужасно соскучившийся и все еще не унявший свою тревогу...
Выключенный телефон небрежно полетел в один из темных углов холодной продуваемой морозами комнаты. Еще час назад являющаяся одной из служебных квартир «Амариллис», сейчас напоминала арену боев без правил. Повсюду лежала сломанная мебель, осколки посуды и разбитые стекла в окнах. Входная дверь вообще висела на одной петле. Перевернутые шкафы, порванные занавески, перебитые зеркала, вывернутые ящики. Поцарапанный паркет, разгромленный бар с разбитыми бутылками, рядом с которыми стояли несколько уцелевших.
Пожилой консьерж с ужасом стоял в дверном проеме, не смея подойти к освещенному холодным лунным светом креслу. Единственному уцелевшему, в котором сидел взъерошенный Алан Салливан. Не обращая внимания на ледяной холод, проникающий под тонкую белую рубашку с закатанными рукавами. На полу рядом с ним валялась полупустая бутылка Джима Бима, а в холодных пальцах тлела неизвестная по счету сигарета.
- Мистер Салливан, – испуганно позвал консьерж, – с вами все в порядке? Может вызвать кого-нибудь?
- Все в порядке, Мартин, – не отрывая взгляд от ночного города, ответил Алан, – огни Лондона сегодня прекрасны, не правда ли?
Серо-голубые глаза были пусты...
