Алан чувствует его взгляд, но продолжает с наигранным интересом пялиться на дивную архитектуру мрачного коридора. А что? Может, ему это нравится! Но на самом деле мысли в голове скачут с бешеной скоростью. Он понимает, что с ним что-то не так, что после укуса той твари в нем что-то изменилось. Он поразительно четко помнит свои сны и свое «отражение». Салливан нутром чует, что это не просто так. Он даже сейчас слышит в голове сотни голосов, шепчущих еле слышно. Он прислушивается к ним и ловит сердцебиения сотен других существ, а дальше они выходят в открытый коридор. Он смотрит на морозный внутренний двор замка и ловит удивленные взгляды на себе. Он слышит их мысли, слышит их души. Почему-то он чувствует, что именно так и должно быть, словно он, наконец, проснулся после долгого сна.
А впереди еще один коридор, в конце которого высокие двустворчатые двери. Они открываются, стоит им только подойти. Внутри тихо и царит мягкий полумрак. В воздухе витает запах трав, и на высоких окнах тяжелые темные шторы. У огромного камина в кресле сидит мужчина с седыми длинными волосами и алыми, словно кровь, глазами. Ридэус почтенно опускается перед ним на колени и бросает злой взгляд на застывшего рядом человека. Тот смотрит на старого вампира, прищурив глаза, и даже не думает опускать взгляд. Учитель улыбается краешками губ, и взгляд его становится мягким.
- А ты еще прекраснее, чем мне рассказывали, – мягким голосом произносит он.
- Вы тоже ничего так, – лениво тянет Салливан, – хорошо сохранились.
И, пока Ридэус переживает очередной разрыв шаблона, старый вампир смеется, запрокинув голову. Он подается вперед, и свет озаряет его бледное лицо. Тени играют на острых скулах и тонкие губы все еще кривятся в улыбке. Можно сказать, что он даже красив, если не обращать внимания на глубокий шрам, тянувшийся от самого виска до шеи.
- Ты знаешь, кто я? – почти с нежностью спрашивает старый вампир.
- Догадываюсь, – наклонив голову к плечу, сухо произносит Алан, – только не понимаю, почему я здесь. Нафига вы меня сперли оттуда, где я был до этого, и чего вам надо от простого человека.
- О, мой дорогой мальчик, – печально говорит магистр Свилион, – ты так многого не знаешь.
- О чем вы? – хмурит брови Алан и напряженно выпрямляет спину.
- Садись, сынок, – кивнув на низкий пуф совсем рядом с креслом, вздыхает магистр, – рассказ будет долгим и тяжелым.
Салливан недоверчиво смотрит на него, но послушно опускается туда. Он знает, что сбежать от этой кучки уродов у него сейчас нет никаких шансов. Он не знает даже приблизительно, в какой жопе мира находится сейчас. Единственное, что ему остается, так это подчиниться пока и ждать, когда либо подвернется удобный момент для побега, либо спасательная армия все же найдет его. В том, что Валгири и семья сейчас явно его ищут, он даже не сомневается. Но думать о них сейчас опасно. Он позволяет вампирам читать свои эмоции и старательно прикидывается садовым шлангом. Весьма и весьма доверчивым садовым шлангом.
Но когда Свилион открывает свой рот, Алан хочет зажать уши и зажмуриться. Только этого он не может сделать и потому звереет с каждым новым словом о своей семье.
- Они просто использовали тебя, – между тем печально произносит магистр, – все эти годы они готовили тебя, как оружие, и ждали того момента, когда в тебе пробудится кровь Анарсвилей. Анрис избавился от своего первенца, даже не пожелав узнать о его судьбе. Ведь жалкий человек не стоит ничего. Зачем чистокровной семье такой позор? Он не знал, что Небесные смилостивились над невинным мальчиком и наделили его толикой своей силы. И что мальчик выжил, попав к Салливанам. А те с годами поняли о своем даре и начали копить силы, живя грезами о власти. Они сделали все, чтобы найти секрет Искры и возродить ее. И последнему поколению это удалось. Твой отец на многое шел, чтобы получить секреты своих предков, и, когда он понял, что кровь его далекого предка нашла отклик в тебе, он начал готовить тебя, как послушную куклу.
- Так значит, я все-таки из его рода, – пробормотал Алан и прикрыл глаза, – и, видимо, меня обманули и насчет него, да? Расскажите... Пожалуйста, расскажите мне о нем.
Свилион понял его сразу же. Он словно разом весь посерел и отвел глаза. Сгорбившись в своем кресле и с трудом цедя слова.
- Эта мерзкая тварь погубила его, – прошептал старый вампир, – Он был самым сильным и самым благородным из нас... Мой бесценный ученик. А Кайрен Валгири предал его и отнял у нас. Он покрыл позором доброе имя Ивона и обрек его на смерть.
- Почему? – тихо спросил Алан.
