После этого случая за ним следят еще более внимательно. О том, что было в лесу, вскоре узнает не только Свилион, но и все остальные Мечники. Теперь они смотрят на «обычного человека» другими глазами. Тайно следят за его тренировками и порой ловят в те моменты, когда он неожиданно застывает на месте и, совсем по-звериному склонив голову к плечу, напряженно вслушивается в свист ветра. В эти минуты его холодное лицо озаряет мимолетная улыбка. Она пропадает в ту же минуту, когда он ловит их взгляды. В упор смотря холодным расчетливым взглядом убийцы. А когда он еще и выпускает Пожирателей, замок с ног на голову переворачивается.
Ночная охрана, обходящая периметр, божится, что этот новый человек – само исчадие Бездны. Ведь как объяснить его невинный оскал и слова, сказанные бархатным голосом:
- Это всего лишь восхитительный сон, мальчики. Всего этого не происходит, – а за его спиной из своих распахнутых клеток, рыча, вылезают монстры.
Первый охранник оказывается вампиром впечатлительным и сразу же сползает в глубокий обморок. А второй икает и не в силах выдавить хоть слово тыкает пальцем в спину Алана. Последнее, что он запоминает, – это гротескно закатывающего глаза блондина и то, как он отталкивает морду мурлычущего под боком Пожирателя.
- Да, да, ты – душка, и я это знаю, – охранник всхлипывает и оседает рядом со своим напарником.
Гуляет Алан со своими новыми любимцами всю ночь, чем доводит Ридэуса до сердечного приступа, живность вокруг до ледяного ужаса и всех мечников до истерики. Особенно громко визжит борзый молодняк. Один только Свилион в экстазе, чего явно не разделяет весь остальной орден. И то, пока Салливан не возвращается в замок со всей этой оравой, которая лезет покусать всех, кто смеет к нему подойти. На вполне возмущенное нечленораздельное рычание Рида он пожимает плечами и отвечает, что малышам было одиноко и скучно. После этого вокруг него всегда крутится парочка этих тварей. Они трутся о его ноги, лезут мордами под его ладони, прося ласки, и рокочут, словно довольные коты.
Рид смотрит на это и с отвращением отводит взгляд. Он знает, что эти твари даже ночью спят в его комнате. Знает, что они сворачиваются клубком вокруг него и готовы порвать глотку любому, кто посмеет подойти к человеку. Пожиратели замка с каждым днем все трудней слушаются своих мечников. Вместо этого они предпочитают ночи охоты с Аланом и его ласки. Он смотрит с поразительной нежностью на этих монстров и воркует им что-то совсем тихо. Рид не может перестать думать о том, что эти монстры созданы только для убийств. Они не знают никаких эмоций, кроме нескончаемой жажды крови. У Алана Салливана они вымаливают ласку и дерутся за его внимание. Алан Салливан – тварь намного хуже Пожирателей...
*
Они ищут его уже почти месяц и не могут найти ни одного следа. Ни деньги, ни последние технологии этого века не могут дать ответ о местонахождении Алана. Осведомители Кайрена рыщут по всему миру и встряхивают одно правительство за другим. Кристофер пробивает сведенья по своим каналам, а Роберт за несколько часов ставит на уши весь криминальный мир заявлением о вознаграждении в несколько миллионов за головы мечников. Так что теперь орден разыскивает столько народу, что кажется, тем скоро невозможно будет больше прятаться. Но Кай знает, что те могут залечь на такое дно, где их невозможно будет найти. Он уже проходил через это, когда разыскивал этих вампиров. Он днями погружает себя в глубокий магический транс и ищет Алана повсюду. Но тот никогда не отзывается, вместо него всегда приходит Дагура. Кай чувствует, как он тянется к его рукам, как отчаянно смотрит своими прозрачными светящимися глазами. И это лицо Алана... его Алана, черт возьми! Он тянется изо всех сил, но никогда не может ни дотянуться, ни понять, где тот находится.
Алана он видит лишь раз. В зимнем лесу, где-то в горах. И, когда он зовет, на этот раз его слышат. Алан смотрит прямо в его глаза и шагает к нему. Он тянет руки, и Кай, наконец, чувствует тепло его кожи. Чувствует тепло рук, держащих его ладони, и не может вымолвить ни слова. Он хочет сказать так много, хочет зарыться носом в серебристо-белые растрепанные волосы и коснуться алых с мороза губ. Только его опережают, и он чувствует горячее, словно огонь, прикосновение ко рту.
Когда он открывает глаза, то снова оказывается в своем кресле в кабинете особняка. Окруженный со всех сторон дорогими родственничками. Диана осторожно стирает пот с его лба, а Роберт без слов сует ему в руки пойло Эбота. Кай осушает кружку одним глотком и кривится от горького привкуса. Кулона с его собственной кровью, который когда-то он подарил Алану, больше нет на шее. Только Роберт мрачнеет еще больше, а Крист сжимает губы в тонкую полоску. Взгляд его становится холодным и расчетливым.
- У нас мало времени, – жестко произносит он и, накинув на плечи кожаную куртку, выходит из гостиной.
Как оказывается, у них вообще нет времени...
