- А давайте вы без нас, а? – пробормотал уже еле соображающий Алан и с пьяной улыбкой поймал ладони альфы у самых своих ягодиц.
- Поддерживаю, – проворчал Кай.
- Даже не думай! – возмущенно сверкнув глазами, выдала Диана, – ты, похотливое животное.
И убийственный взгляд Кайрена не подействовал ни капли. А Алан смотрел на своего волка и слышал шелест крыльев за спиной...
*
День летит быстро. Он бежит под веселый смех и поздравления. Он блестит в улыбках и завистливо сверкает во взглядах незнающих. Потому что красота льнет к тому, от чьего одного холодного взгляда стынет кровь в жилах. Потому что, как бы много не было богатства, здесь явно дело не в деньгах. Потому что молодой муж смотрит на своего супруга жадными глазами. Улыбается порочно и ищет среди других, если теряет хоть на миг. Его глаза не видят других, они скользят равнодушно по роскошно одетым женщинам и мужчинам. Они не понимают, почему этот пепельный блондин из миллиона выбрал именно этого мужчину. За что можно терпеть ТАКОЕ рядом с собой?
Алан слышит все их мысли и презрительно ухмыляется. Им никогда не понять, никогда не узнать. У них в головах одни лишь низменные мысли. Их желания до абсурдного примитивны, а внутри грязь. Они заискивающе смотрят в его глаза и натыкаются на стылый холод. Он теперь всегда живет внутри. Тьмой мурлычет под самым сердцем и скалится на других безумием. От этого ему больше никогда не уйти. Но здесь, где стая тянется к нему, холод отступает. Они его тепло, его дом. Они кутают его в себя и шепчут сотнями голосов своих душ. И среди них та самая, что смотрит из тьмы золотом глаз. Ему стоит только поднять взгляд, и Кайрен уже рядом. Он тянет в свои объятия и, зарывшись носом в шею, шепчет на старом языке.
Алану нужно всего лишь несколько секунд, чтобы разобрать слова и удивленно застыть. А в следующую минуту он расслабленно гладит сцепленные в замок пальцы на своем животе и откидывает голову на сильное плечо.
- Услышан ты, воин. И покой твой будет вечен под сенью крыльев моих...
День несется, не зная отдыха. Он полон изысканной музыки и светских разговоров. Где улыбаются учтиво и произносят речи в честь молодоженов. Подарки один другого богаче. Шампанское просто великолепно, и пары чинно движутся под вальс. Супруги улыбаются благосклонно, и Маркус явно уже успел провернуть под шумок еще несколько сделок. Все, что угодно, лишь бы не смотреть в глаза Алана и Кайрена. Потому что ему все еще стыдно, и не имеет значения, что Алан простил его в самый первый день своего возвращения. Еще очень долго он не сможет простить себя.
День гаснет быстро. Он тонет в багряном закате и стремится к линии горизонта. Мягким розовым окрашивая облака и тая под голоса людей. Он уходит вместе с последними задержавшимися гостями и умирает, когда на небе вспыхивают первые звезды. В свои права вступает ночь. Она ползет медленной змеей по кромке облаков и крадется первым туманом по линии леса. Накрывая его с холмов и дыша первой прохладой.
Ночь приходит смехом и рокотом. Сверкает сотнями огней и блестит в звериных глазах. Она горит в первых кострах и дышит ароматам вересковых цветов. Порочная и страстная, с пряным вкусом предвкушения. Дикая и свободная, как те, кто собрался под сенью древнего леса. Слыша шепот древней, первой силы, что испокон веков жила здесь. В самом сердце, где белое древо раскинуло свои крепкие корни, роняя свои кроваво-алые листья.
Здесь притворяться больше незачем. Нет ни фальшивых улыбок, ни лживых слов. Сила не простит, не примет. Стая знает, ей ведомы все тайны. Она ждет так же, как и их вожак. Черный альфа обводит взглядом всех тех, кто пришел на праздник, и щурит золотые глаза, когда видит членов Волчьего Совета. Этих он рад был бы вообще не видеть на своей земле. Но врагов своих он предпочитает держать к себе еще ближе. Он слушает их поздравления и криво скалится, чуя откровенную фальшь и опасение. А еще они хотят узнать правду. Они хотят увидеть Искру своими глазами. Они не ждут того, что это будет именно так. Не ждут того, что врывается на поляну диким вихрем и пронизывает своей мощью.
А из тьмы и тумана появляются они. Словно разрывая воздух своими крыльями, и опускаясь среди теней костров. Позволяя огню озарить Небесного с голубыми нечеловеческими глазами и двух молодых наследников Валгири за его спиной. Они кланяются своему альфе и встают рядом со своими улыбающимися парами. А перед ними остается Дагура. В последний раз махнув своими пепельными рваными крыльями и свернув их за спиной, словно длинный плащ. На нем нет никаких украшений, кроме венка из вересковых цветов на голове. Одежда совершенно лишена роскоши. Одна лишь черная туника без рукавов поверх штанов, облегающих крепкие ноги. С длинными вырезами до пояса и развязанной шнуровкой, открывающей шею и грудь до самого живота.
