Американец расплылся в самой своей обольстительной улыбке, которая, впрочем, не осталась незамеченной для очень многих. Серо-голубые глаза лукаво блеснули, в то время, как тон стал делано будничным.
- Шатается по замку, как неприкаянный дух, – и посмотрел на затаившего дыхание Уолтера.
- Меня это не волнует! – возмущенно выдал Джулиан и бросил трубку.
- Хам, – констатировал блондин.
Однако стоило поднять взгляд, как теперь его уже гневно сверлили желтые глаза. Оборотень сидел напряженный, как струна, и готовый в любую минуту сорваться с места. На его скулах даже желваки заходили от гнева. Когда он заговорил, то голос его был обманчиво спокоен и тих.
- Мне вот интересно, у тебя и вправду напрочь отсутствует инстинкт самосохранения, или ты просто такой идиот?
- Второе – как раз твоя прерогатива, – самодовольно ухмыльнулся дизайнер и даже бровью не повел, услышав глухое рычание.
Но стоило только увидеть заострившиеся по-волчьи черты лица и когти, царапающие мягкую обивку, как в голове что-то щелкнуло. Алан с расширенными глазами смотрел в золотые глаза и с очередным иканьем пытался переварить запоздалое озарение.
- Это ведь был ты? – ошеломленно спросил он и побелел, когда, с минуту посмотрев с непониманием, взгляд Кайрена прояснился, и на губах появилась непередаваемая ухмылка.
- Значит, дошло, наконец, – слащаво протянул он, – долго же.
- Там, в лесу, – неверяще разглядывая мужчину, продолжил Алан, – и здесь... и у моста...
Вспомнив собственные слова, сказанные тогда, и тот поцелуй, Алан Салливан сделал то, за право запечатлеть которое подрались бы все ведущие журналисты крутых изданий мира. Триумфальное возвращение стыда и неловкости! Он побагровел до самых корней волос и опустил взгляд. Такого стыда и такой злости на самого себя и на этого скользкого гада он не чувствовал никогда. И пока остальные тактично молчали, Кай, не отрываясь, разглядывал притихшего блондина. И, признаться, увиденное до довольного порыкивания собственного волка нравилось ему. Лихорадочный румянец, покрывающий щеки, спустился по шее и затерялся в глубоком вырезе кофты. Дрожащие ресницы прикрытых от смущения глаз, тяжелое дыхание... Такого Алана волк с удовольствием утащил бы в глухую чащу, чтобы блондинчик не смог сбежать. Мысли заставили вздрогнуть и зло рявкнуть на недовольно рычащего внутри зверя и, крепче вцепившись в подлокотники, снова надеть на лицо презрительную гримасу.
- Ты! – наконец открыв глаза и зло сверкнув ими, прошипел Салливан, – мерзкий, скользкий, старый, извращенчиский коврик для сбора блох...
- Да? – издевательски протянул Кай, – а только недавно по-другому пел. Как ты сказал? Ты – самое красивое существо в мире, которое я когда-либо видел?
Алан даже задохнулся от возмущения. Зарычав не хуже любого оборотня, блондин сжал кулаки, с трудом борясь с желанием придушить гада на месте. Вместо этого, не отрывая глаз от своей потенциальной жертвы, он зашипел:
- Маркус-с-с-с, где бы достать серебряные патроны?
- Бесполезно, – вздохнула Диана, старательно пряча веселье, – его этим не возьмешь, да и нас тоже.
- Это почему же? – обиженно обернулся к ней дизайнер, – очередная брехня идиотов?
- Нет, сладкий, – улыбнулась она, – серебро и вправду действует на оборотней и вампиров, если оно зачаровано особым образом. Однако на нас не действует ни одно оружие в мире. Мой мальчик, ты так мало знаешь о нас.
И он слушал их жадно, не отрывая лихорадочно блестящих глаз и задавая самые разнообразные вопросы. Подхихикивая над глупой фантазией кинематографа и акул пера, которые многие годы так уверенно расписывали повадки и жизнь тех существ, которые на самом деле оказались достаточно реальными. Он слушал о людях, давно ушедших, о знаменитостях и исторических героях, которые когда-то появлялись в жизни Валгири и потом исчезали так же медленно. О веселых проделках, о смертельных боях, о культуре и истории оборотней. Одна страница которой была целиком посвящена Волчьему Двору, где уже многие столетия оборотни жили бок о бок с вампирами и людьми. Сросшись так, что теперь не могли просто друг без друга. Фактически, это был второй город, где все три вида существовали в мире. Первым был призрачный город Лунар, затерянный в глубине страны. Стороной не обошли даже вражду между хладными и волками, корни которой уходили настолько далеко во времени, что причину давно уже забыли. Но стоило присмотреться получше, особенно к кривому оскалу старшего Валгири, который отрешенно смотрел на стену, как стало понятно, что для него эта причина была столь же ярка, как и в прошлом, но почему-то блондину казалось, что у ЭТОЙ причины совершенно другие корни.
- А сейчас? – после долгого молчания голос американца слегка хрипел.
- Войны больше нет, – пожал плечами Маркус, и взор его затуманился, словно мужчина снова погрузился в прошлое, – сейчас между тремя расами заключен мирный договор, но это не мешает горячим головам устраивать склоки время от времени.
- А как насчет...
