Ивон оказался прав. На протяжении всего пути им так и не попалось ни одного поселения, ни постоялого двора. Вокруг были только скалистые горы, изгибы холмов и пожелтевшие луга. Ровно до тех пор, пока тропа, резко вильнув за ущелье, не вывела их к высокой стене старого леса. Поразительно тихого, словно не живого, где единственным звуком был шелест листьев на ветру. Золотистые блики закатного солнца пробирались сквозь поредевшие кроны и тонкими нитями падали на жухлую листву, шуршащую под колесами телег. Волки неосознанно становились в кольцо вокруг обозов и еще больше напрягались. После жизни и гомона родного леса это место казалось им настоящим кладбищем, даже несмотря на тот странный покой, который царил в воздухе. Но и он был нарушен шумом воды, становящимся все отчетливее. Лес постепенно расступился, и тропа вывела их к услышанному ранее водопаду, срывающемуся с крутых скал и переходящему в бурлящую реку, через которую лежал мост из черного камня. А вдали стоял огромный замок, наполовину вросший в гранитовую скалу. В его высоких окнах горели огни и на башнях виднелись силуэты воинов, которые их, несомненно, заметили. Здесь смешались сразу запахи людей и вампиров. Их было много, но, несмотря на это, Ивон легко тронул плечо замершего Маркуса, побуждая ехать дальше. И если мужчина молча тронулся с места, то остальные волки с опаской косились на тех, кто стоял на другом конце моста. Однако у тех сейчас была иная, более нервная проблема...
Кайрена не смогли удержать ни слуги, ни крики пожилого лекаря, ни взбешенная отповедь вылетевшей за ним Дианы. Под рукой продолжал дрожать испуганный до икоты молодой слуга, но одного рявка хватило, чтобы человек, чуть ли не потеряв сознание, все же вывел его из этого проклятого лабиринта коридоров в шумный двор. Который почему-то подозрительно стих, когда увидел эту живописную картину.
- Мать твою, идиот безмозглый! Ты куда собрался?! Я с тобой разговариваю, альфа недобитый! – вопли Дианы стали еще громче, и через минуту она уже стояла на каменных ступенях главного входа.
Но оборотень даже не обратил на нее внимания и, зашипев на слугу, толкнул того вперед.
- Кай, у тебя раны еще не зажили!
- Плевать! – рявкнул Кайрен и повернул голову в ту сторону, где по ощущениям стояла Диана, – я не брошу свою стаю и твоего брата. Чем этот идиот думал, когда шел к ним?!
- Явно не башкой, как и ты! – прорычала девушка и уперла руки в бока, – Иви – большой мальчик, как и Марк. Они справятся, а ты ранен. Черт, ты слеп! Как ты найдешь их?!
- Найду, не бойся, – язвительно произнес Кайрен, и клыки его удлинились, – учую даже за милю.
- Хрена с два! – потеряв терпение, рявкнула вампирша, – меня Иви на куски порвет, если с тобой что-то случиться. Так что, извини, парень.
Короткий свист, и Кая уже окружило не меньше десяти вампиров. Слуга тактично испарился с линии клыков и когтей, а позади послышался голос Дианы:
- Только не смейте калечить. Связать и вернуть в постель!
А вот эта наглость стала последней каплей. Кайрен выпустил когти и, встав в боевую позицию, глухо зарычал. Первый же напавший получил по морде и отлетел куда-то в сторону. Воздух загустел от запаха крови. Второй умник, решивший подкрасться незаметно, был скручен и выл от боли. Кай не видел их, но это не мешало ему слышать и чувствовать тех, кто был рядом. Он уходил из-под их рук и пытался зацепить хоть когтем. Но очень скоро вампиры отступили, плюясь ядом и гневными криками. Они не смели больше подойти к слетевшему с катушек оборотню. Они знали, кто он и на что способен даже в таком состоянии. Особенно к такому раненному и слабому волку соваться было себе дороже. Потому что тот дрался вдвойне агрессивней.
У Кайрена начали дрожать колени, а повязки на груди и спине пропитались холодным потом. Голова гудела от боли, а во рту пересохло. Тело ныло, раны опять давали знать о себе. Он был слаб, но не мог себе позволить послушать Диану. Он не мог бросить свою стаю, брата и этого беловолосого идиота, бездумно сунувшегося в его логово. Он знал, что Валентин не будет ждать. Он придет за ними, когда они этого не будут ждать. Оставшиеся без своего альфы, потерявшие союзников и преданные Советом.
- Убери своих воинов, – с рычанием в голосе произнес он, – убери их с моей дороги, Диана. Иначе я пройду по их трупам.
От той стали, что была в его голосе, вздрогнула даже хладная. Окружавшие же альфу в эту минуту отошли еще дальше, но не разомкнули кольца. Кайрен уже приготовился перекинуться, когда до него долетел самый желанный в эту минуту запах.
- Стая, – втянув полной грудью воздух, прошептал он.
