– Это птицы. Естественное дело, птицы на деревьях, рыбы в воде, я уже посмотрела, нам ничего не угрожает, можно прогуляться, Оленька, ты чего застыла? – разъясняла Ариадна, но все вниание ее было сосредоточено на дочери.
– Омма, посмотри, что за волшебная долина! Какая изумрудная зелень, и такая пушистая! А здания, такие разнообразные, причудливые здания, словно их собрали со всего света! Омма, ты только взгляни на горы, ты видишь? Их вершины почти соприкасаются, словно шепчутся о чем-то. А солнце! Смотрите, солнц зеленое, – Чан Ми пыталась взять за руку маму, но Оленька отмахнулась от дочери, как от назойливой мухи.
Ариадна обняла внучку, и уже с беспокойством смотрела на дочь, отвечая девочке.
– Да, пейзаж просто загляденье. Правда, слишком много контрастов для глаз, непривычное зрелище. А эта звезда, что виднеется сквозь облака, да, наверняка здешнее солнце, очень яркое, интересно, как оно повлияет на нашу кожу…Горы? Сдается мне, что это нагромождение кубов и ромбов, вряд ли такое могла сотворить природа…
– Скажешь тоже, нагромождение, – Дана беспокойно водила носом из стороны в сторону, словно искала что-то, – у тебя совершенно отсутствует фантазия, присмотрись хорошенько, это же головки влюбленных тянуться друг к дружке перед поцелуем, правда, Филиппчик? – и, вдруг пронзительно закричала, хлопая в ладоши:
– Озеро! Я вижу озеро, вода в нем чистейшая!
– Да, чтоб тебя, Дана, перепугала, – сбрасывая с себя оторопь, сердито отозвался Всевладий. Давайте спускаться, и в самом деле, неровен час, налетит ураган, и разлетимся мы в разные стороны.
С огромным облегчением, почувствовав обычную почву под ногами, все оглянулись на здание, в котором их удерживали насильно. Серое, ничем не примечательное строение без окон, и дверей. Ступенчатая крыша высоко упиралась в плотные зеленоватые облака. Кто бы мог подумать, что только час назад они были пленниками этого здания, серое, невзрачное. Впрочем, тюрьмы везде одинаковые.
– Чанушик, обрати внимание, – Ариадна сорвала круглую травинку, странно, вначале мне показалось, что она изъедена гусеницами, но нет, это естественная форма, и она повсюду, словно плетеное кружево.
– Эта травка похожа на кружевной воротничок,– отозвалась девочка, присев на корточки, она внимательно разглядывала зеленый пучок травы под ногами.
– Доброго, зеленого светила, Душа Народа! – внезапно прозвучал приятный женский голос, тотчас все удивленно повернулись к Чан Ми. Голос услышали все одновременно, но было понятно, что он обращен именно к девочке. Вокруг было пусто, ни одной живой души, лишь одинокая летучая мышь плавно взмахивала своими почти прозрачными крыльями высоко у них над головами.
– Приветствую и вас, земляне!
– Д-доброе утро… – запинаясь, выдавила из себя Чан Ми, запрокинув голову, пытаясь разглядеть заговорившую с ней мышку.
– И… Здравствуйте… – рядом неуверенно прозвучал чей-то тихий голос, все остальные молча оценивали обстановку.
– Интересная диспозиция нарисовалась, – вместо приветствия пробормотала Красава.
– Чевой-та?
– А тавой-та, не видишь, что ли, нам навязывают определенные отношения, они сверху, а мы снизу, с раскрытыми ртами. Хорошенькое дело…
Мышь стремительно стала снижаться, и вот уже потоки воздуха завьюжили вокруг людей, поднимая пыль с земли. Кто-то чихнул, кто-то замахал руками.
– Так лучше? – прозвучал, все тот же приятный голос.
– Нет-нет, возвращайтесь обратно, дышать же невозможно!
Когда пыль немного уселась и все успокоились, в ушах опять зазвучал голос.
– На данный момент я представляю мой славный народ Шуршеев на уникальной планете, которую когда либо, создавал Вселетающий.
Мы, Шуршеи – архитекторы, и если вам суждено обосноваться на Фабуле навсегда, мы создадим для вас привычный уголок местопроживания, как, впрочем, и для всех вновь прибывших из разных уголков вселенной. Мы предоставим вам частичку, мммм…нашей земли, которая напомнит вам о Родине, где вы можете предаваться воспоминаниям, или молиться, если, конечно, появится такое желание. После осмотра, вы также можете представить свой проект, и наши умельцы воздвигнут для вас архитектурное строение любой сложности, буквально за несколько сасов.
– Сас, это год, по нашему? – не удержалась от вопроса Чан Ми, но она уже не смотрела на мышь, она разглядывала строения, что казалось, хаотично были разбросаны по зеленой равнине, но в этом хаосе была своя логика, и она пыталась ее определить.
– Сас это…– мышь секунду помедлила, – сас – это час, по вашему.
В этот момент в ее голосе почувствовалась легкая ирония, или некое превосходство высокоразвитой цивилизации над аборигенами.
– Ну что же, проглотим и это, пока, – встречаясь взглядом с Краавой, пробормотал в усы Всевладий.
