Коснувшись желтой лихорадки, отмечу, что в Бразилии вообще немало равных тропических болезней, частью еще не исследованных, но они все больше отодвигаются вглубь страны, вместе с уничтожением лесов. Для одной из них — fogo selvagem (лесной огонь) недавно построена в Сан-Пауло небольшая больница: при этой болезни у людей слезает кожа с больших участков тела; однако, эти болезни не имеют большого распространения. Зато здесь очень много разных желудочных болезней на бактериальной почве. Южная Америка считалась всегда в Европе материком с исключительным распространением сифилиса; действительно, заболеваний им гораздо больше, чем в Европе. Но благодаря ли иному климату, или другим причинам, он протекает здесь гораздо легче; лично я видел тут, например, крайне редко людей с провалившимися носами, несравненно реже, чем в моем детстве в России. Что вообще сифилис здесь очень распространен, показывает, что обычно один из первых вопросов врачей бывает, не было ли у больного сифилиса, который не считается столь серьезной болезнью, как по другую сторону океана. Очень распространена здесь также проказа. Хотя эта болезнь наблюдается повсюду в Южной Америке, заболевания ею в Бразилии многочисленнее, чем в других местностях. Уже когда мы приехали, в штате Сан-Пауло в лепрозориях было 6000 мест, всегда занятых, и все признают, что на свободе еще гораздо больше прокаженных. Болезнь эта считалась неизлечимой, но утверждают, что за последнее время получены хорошие результаты от применения новых средств; проказа ими, если не излечивается, то останавливается ее развитие.
Вскоре после нашего приезда в Сан-Пауло в нем была вспышка чумы — заболело ею что-то около 30–40 человек, но, как и везде в современных городах, большого распространения она не получила. В результате главным бичом Бразилии я назвал бы малярию, которая и убивает много людей и еще больше их ослабляет и делает ни на что не способными. Мне пришлось читать описание экскурсии 4-х молодых людей, решивших проехать в Буэнос-Айрес из Сан-Пауло в лодке по рекам Тиете, Парана и Рио-де-ля-Плата. Препятствий было очень много: на Тиете были водопады, которые они благополучно преодолели, но главное была — малярия, которой они все переболели, пока не выбрались на Парану; один из них умер от нее в дороге. Тяжелое впечатление производили описания маленьких городков по Тиете, на половину заброшенных именно из-за малярии и с оставшимся населением, носящим следы хронической малярия. Вылечиться от нее и посейчас, правда, нелегко: мы знали людей, которые раз заболев ею, в течение ряда лет болели ее приступами.
Весной 1937 г. у меня были разговоры о прочтении мною курса лекций в Ecola de Sociologia о социальной истории России. Директор ее Горацио Берлинк и его заместитель Тацито де Альмейда уверяли меня, что этот курс очень интересует их учреждение, но, в конце концов, ничего из этого не вышло. Когда я по этому поводу высказал кому-то мое удивление относительно их уверений, я впервые услышал указание, что в обещания бразильцев верить ни в коем случае не следует. Позднее я неоднократно убеждался, что это основное правило здешнего общежития: бразильцы, несомненно, очень вежливый народ и сряду отказывать не любят, а предпочитают давать обещания, хотя бы для них и было ясно, что исполнить их они не в состоянии.
