Я — в прошлом полковник милиции, имеющий 30 лет стажа милицейской службы, окончивший два вуза (юридический и управленческий), человек, который в своё время слушал лекции известнейших учёных в сфере профилактики преступлений, таких как А. И. Алексеев, С. Е. Вицин, И. С. Ной, Ю. М. Антонян и других, — категорически заявляю, что уголовное наказание должно быть неотвратимым, строгим, но соизмеримым с конкретным преступлением. При этом наказание ни в коем случае не должно считаться только мерой воспитания, как десятилетиями власти пытались вдолбить в головы людей, закрывая глаза на реалии преступности. Назначение судом уголовного наказания должно преследовать прежде всего цель наказания, причиняющего преступнику физические и нравственные страдания. Конечно, речь не идёт о пытках, речь идёт о воздействии на человека средствами изоляции от общества, средствами ограничения доступа ко всему тому, что развлекает его, о воздействии обязательным физическим трудом с увеличенным рабочим днём и т. д. и т. п.
Перевоспитать взрослого человека — а сейчас взрослыми в рассматриваемом аспекте становятся чуть ли не с двенадцати лет — существующими гуманными средствами невозможно. Только страх перед неотвратимостью и строгостью наказания, причиняющего человеку нравственные и физические страдания, способен удержать часть (именно только часть) потенциальных преступников от совершения преступления. Значительную же их часть не остановит и страх наказания, потому что они или убеждены, что за очередное преступление им на сей раз уж непременно удастся избежать правосудия — и никаким перевоспитанием преступников не убедить в обратном, — или в силу личностной (психологической) деградации их вообще не страшит наказание, и они о нём даже и не думают, тем более что меры воспитания для них — пустой звук.
Разве можно было перевоспитать молодого парня — некоего Д. Виноградова — из города Подольска, который за считаные минуты расстрелял семь человек, своих сослуживцев, только потому, что (о чём рассказывали газеты), как он сам написал на своей странице ВКонтакте: «Всё, что я увидел и узнал за свою жизнь, воспитало у меня ненависть к человеку как к виду. Я ненавижу человеческое общество, и мне противно быть его частью. Я ненавижу бессмысленность человеческой жизни! Я ненавижу саму эту жизнь! Я вижу только один способ её оправдать: уничтожить как можно больше частиц человеческого компоста… Поймите, вы здесь лишние, вы — генетический мусор, которого здесь быть не должно, мусор, который возник случайно, в результате ошибки в эволюции, мусор, который должен быть уничтожен». Никакие обстоятельства, никакие причины или повод для такого преступления не могут оправдать Виноградова хоть в малой степени. Конечно, такие люди, как он, не имеют права не быть изолированными на всю свою оставшуюся жизнь.
В настоящее время в обществе в очередной раз возникла дискуссия по вопросу необходимости снижения возраста (до 12 лет), с которого можно было бы привлекать несовершеннолетних к уголовной ответственности за тяжкие преступления. Речь идёт не о заурядных кражах и тому подобном. Речь идёт только о посягательствах на жизнь и здоровье людей — а в современной криминальной истории уже зарегистрирован факт умышленного убийства шестилетним ребёнком — и других тяжких преступлениях, которые реально представляют большую угрозу обществу.
