Особо страшной стала ситуация в молодёжной среде. Резко возросла преступность среди несовершеннолетних. Этому — наряду с беззаконием, творимым властью, — способствовала вакханалия на многочисленных телеканалах. Началось наглое, откровенное вдалбливание в юные головы вседозволенности, культа насилия и денег, что не могло не дать горьких плодов. Правоохранительные органы, и прежде всего органы внутренних дел, с одной стороны, оказались совершенно не готовыми к таким переменам. С другой стороны, вместо радикальных мер противостояния преступности, что в большей мере зависело от центральной власти, они продолжали «борьбу» с бумажными показателями, используя для этого возможности, предоставляемые советской, а потом и такой же российской статистикой. Не буду голословным и напомню, как ещё в апреле 1990 года в президиум областного Совета депутатов с письмом на восьми страницах обратился В. К. Дугин, который с февраля 1987-го по сентябрь 1989 года возглавлял уголовный розыск области и который вынужден был покинуть свой пост из-за разногласий с начальником областного УВД Панариным.
Дугин — москвич, уголовный розыск области возглавил по рекомендации министерства, был независим в суждениях, за что и был изгнан из рядов архангельской милиции.
В своём письме он, среди прочего, обращал внимание депутатов на архаичность методов руководства органами внутренних дел области, на запущенность, а вернее, на полное непонимание руководством УВД значения профилактики, на направленность основных усилий на формирование показателей и использование для этого любых приёмов. В качестве примера Дугиным приводился факт незаконной регистрации 700 преступлений как раскрытых по фактам приобретения в аптеках наркотиков по поддельным чекам. Зарегистрировать 700 раскрытых преступлений означает резко увеличить общий вес преступлений, тем самым резко уменьшить в этом весе долю нераскрытых. Правда, в ходе прокурорской проверки по четырёмстам таким преступлениям постановления о возбуждении уголовных дел были отменены как необоснованные. Но дело-то сделано, отчёт в министерство уже ушёл.
Много внимания Дугин уделил в своём письме вопросам неиспользования в УВД современных возможностей борьбы с правонарушениями на основе применения электронно-вычислительной техники. В этом вопросе Архангельская область безнадёжно отстала от других регионов. И как тут не вспомнить о разработанной и внедрённой отделом ООП электронной программе «Адм-стат-Личность». Каких трудов стоило мне уговорить начальника УВД Панарина дать согласие на это! Были потрачены большие средства, программа начала действовать, хотя и были сбои, что объективно является неизбежным в начале применения любого новшества. Пошёл процесс накопления информации, в этом и был основной смысл программы. Но вместо организационной поддержки мы чувствовали сначала полное равнодушие со стороны руководства, а затем, с подачи И. А. Охрименко (заместитель Панарина), наше нововведение было Панариным закрыто под предлогом того, что на органы внутренних дел легла эта новая обязанность, а им, органам внутренних дел, надо «заниматься раскрываемостью». Если не подозревать здесь умысла на вред, то в этом как раз проявилась дремучесть руководства, полное непонимание им значения и возможностей ЭВМ в профилактике правонарушений и борьбе с преступностью.
Возвращаясь к молодёжной теме, вспоминаю публикацию в газете «Архангельск» за 14 апреля 2001 года о том, как студентки Архангельского педагогического университета утащили с вахты общежития кошку на восьмой этаж, облили её бензином и подожгли. Напрасно задавать вопросы о том, кто они, эти девчонки, дети человека или зверя? Кто их воспитал, что это за родители? Как они оказались студентками такого учебного заведения и что стало с ними и с теми, с кем им приходится жить, общаться, а возможно, и учить их? После этого случая прошло более десяти лет, и в голову приходит мысль, что именно эти выпускницы педвуза, давно уже взрослые, уже, может быть, имеющие солидный «педагогический» стаж за плечами, воспитывают нынешних девчонок и мальчишек. Но чему они их могут научить, если сами способны на зверства?
В этот период катастрофические масштабы приобрели грабежи и кражи при перевозке грузов на транспортных средствах, причём на всех их видах.
На грабёж поездов выходили целыми деревнями и посёлками, на ходу отцепляли вагоны и опустошали их. На шоссейных дорогах, на стоянках автотранспорта бесследно исчезали десятки и сотни большегрузных трейлеров с ценными грузами. И везде, как на заказ, как по сговору, полное отсутствие охраны, полное бездействие власти.
