Однако австралийцы успели сбежать из тюрьмы до того, как на нее обрушивается тьма. Это их обычная тактика. Перед наступлением темноты они выходят волнами. Они очень хитры и умудряются делать это совершенно незаметно. Они чуют опасность, но стараются не показывать свой обоснованный страх. Они всегда начеку на случай, если кто-то решит внезапно ударить их сзади по шее, верша месть под покровом ночи.
Атмосфера тюрьмы настолько жестока, что из нескольких сотен узников вполне может найтись хотя бы один разгневанный и бесправный заключенный, способный решиться на насилие и осуществить его ночью, во тьме, прячась за санузлами или стволами кокосовых пальм, которые могут полностью скрыть человека. Мысль о такой возможности, безусловно, тревожит охранников. Это также беспокоит и систему, даже несмотря на то, что именно она сама и создает эти условия. В этой среде каждый человек представляет угрозу безопасности.
Страх тюремщиков приводит к тому, что на этот раз генератор запускается намного быстрее. Когда гаснет свет, тюрьма превращается в опасного зверя. В любой момент ситуация может выйти из-под контроля. Генератор имеет особенное лицо:
В такие моменты мне хочется верить, что генератор – живое существо, имеющее душу. Механический организм, который злорадствует, ставя тюрьму на уши, когда ему вздумается.
В тюрьме ничего не работает, и спустя несколько минут ужас становится еще глубже. Крики и вопли наконец стихают. Лишь из глубин джунглей доносится приглушенный собачий лай. Кажется, что звуки мигрируют в самые темные места, удаляясь все дальше и дальше в ритме бесконечной музыки, в вечном ритме. Звуки продолжают уплывать вдаль, пока тюрьму не охватывает гнетущая тишина. Слышны только тревожные крики птиц: они знают, что творится вокруг них.
Глубокой ночью зрачки у заключенных сильно расширены. Бодрствующие узники вынуждены лишь чесать зудящее тело и многократно протирать лишенные сна глаза. Окружающая безнадега лишь усиливает страх, и вдруг в комнатушках загорается свет, прогоняя мрачный настрой. Теперь, когда в комплексе снова светло, заключенные с готовностью возвращаются в свои комнаты – охладиться перед радостно гудящими вентиляторами. Они спешат назад по комнатам, толпа быстро рассасывается. Узники чувствуют, что потеряли время и теперь у них меньше часов для сна.
Всякий раз, когда заключенный хоть ненадолго кладет голову на подушку, ее тут же заполняют мучительные мысли – это стресс из-за Старика Генератора. В любой момент он может снова решить отключиться. Иногда это происходит, когда узники спят. Они никогда не могут предсказать, когда отключат электричество и воду.
Генератор работает на более высоком логическом уровне. У него больше власти и свободы действий, чем у заключенных. Бывают периоды, когда технически он не должен отключаться – но он отключается. То ранним утром, то днем, а то и в периоды, когда солнце деспотично властвует над тюрьмой… В то самое время, когда его лучи алчно охотятся за кожей заключенных. Эта его работа с перебоями – данность, с которой приходится мириться. Доходит до того, что иногда генератор отключается множество раз за несколько суток подряд. А иногда он целую неделю функционирует безотказно. Но затем, как раз в тот день, когда заключенные думают, что генератор отремонтировали или, возможно, заменили, он внезапно снова отключается.
Генератор настолько засел в наших мыслях и манипулирует ими, что превратился в своего рода активного участника событий; у него будто проявились человеческие черты. Время от времени заключенные приписывают ему людские качества: «Тупица-Генератор», «Сучий Генератор», «Ублюдочный Генератор», «Генератор-Мудила». А в тех случаях, когда в течение недели не возникает и намека на перебои, используются более лестные термины, вроде «Мистер Генератор». Но Мистер Генератор может отключиться в любую секунду. Он может насрать на все и опять заморочить всем нам головы. И мигом снова превратится в «Ублюдочный Генератор» или нечто подобное. Клянусь, этот Мистер Генератор гораздо хитрее заключенных.
