С течением дней я понимаю, что мой организм истощен. Я осознаю это всеми клетками своего тела. Иногда я гадаю, почему мой мозг не может использовать силы тела, чтобы раздобыть что-нибудь сладкое. Мое тело отчаянно требует десерта. Мне. Нужно. Что-нибудь. Сладкое.
За еду идет соперничество, но оно всегда заканчивается победой одного человека: персоны по кличке Корова. Этот парень всегда первым входит в столовую, и это причина его прозвища. Ему тридцать с лишним, у него большая голова и череп, как у старой гиены, короткая шея, похожая на грубый обрубок каштанового дуба, и похотливые глаза, широкие и удлиненные. Подавленное либидо этого парня перенаправляется в его нутро и в конечном счете к челюстям. Удивительно, как спокойно и даже с гордостью он принимает кличку «Корова» и совершенно ей не противится.
Некоторые из нас встают очень рано и после короткой прогулки в санузел направляются прямиком в сторону очереди. А Корова уже занял самый первый стул. Он неподвижно сидит, сцепив руки и часами глядя прямо перед собой, не двигаясь с места. Другие заключенные медленно и спокойно приходят в разное время, чтобы занять стулья, выстроенные в ряд после него. Первое место в очереди зарезервировано исключительно для него – конкуренция среди остальных на него не влияет. Этот индивид словно вне рамок очереди. Каждый день, в один и тот же час он уже ждет. Со своим непропорциональным телом, в плохо сидящей и нелепой одежде, на своем привычном стуле, выглядя как огромный торс. Часами ждет, слушая, как поднимаются крышки с кастрюль и повара объявляют раздачу еды.
Охранники отдают приказ, и очередь начинает двигаться. Тогда Корова приступает к действию и вторгается в столовую. Он удерживает этот рекорд изо дня в день. Его внимание занято передвижениями поваров и прибытием мисок с едой, а еще он отслеживает, как охранники из G4S занимают свои позиции. Он проглатывает завтрак, а затем, несколько часов спустя, снова возникает на том же месте. Такой же ритуал повторяется во время ужина. Присутствие этого парня и его необычайный аппетит вызывают всеобщее недоумение. Но он невозмутимо выдерживает все презрительные взгляды. Его ежедневный план действий неукоснителен.
Со временем остальные привыкают к присутствию Коровы и признают его право сидеть первым в очереди. Его настойчивость, решительность и упорство в соблюдении этого распорядка, а также его стойкость к колкостям и издевкам снискали ему особую дурную славу и даже своего рода популярность среди заключенных. Куда бы он ни пошел, заключенные насмехаются над ним, хотя и знают, что он не отреагирует. Чувства Коровы нельзя задеть, он не отвечает гневом или агрессией; напротив, он подыгрывает, чтобы дразнящие высмеивали его еще изощреннее. Кажется, он даже получает удовольствие от того, как слова превращаются в насмешки. Чем оскорбительнее и презрительнее издевки, тем сильнее он собой гордится. Поэтому я называю его «Коровой» без колебаний и оговорок – он сам согласен на эту роль.
