Очень часто заключенного заставляют переступать границу, отделяющую человека от животного. Ему приходится решать, отстаивать ли общечеловеческие ценности или жить, как Корова. В большинстве случаев человек низводится до животного ради выживания. Однако это не тот вид животных, что полностью зависит от инстинктов и действует по заданной программе. Человек – это животное, обладающее разумом и волей. Есть четкое различие между безмятежно спящим невинным козленком и озлобленным человеком, чей желудок прилип к позвоночнику от голода и который, чтобы выжить, охотится на все, что движется, включая даже своих сородичей. Цинично, но факт. Когда человек голоден, он набрасывается на все, что пахнет едой. А в условиях конкуренции он атакует с еще большей яростью.
Иногда вечером в тюрьму заходит добросердечный охранник и приносит коробку красиво раскрашенных пирожных. Он устраивает сцену, которую можно назвать «скотным двором». Охранник всего на минутку покидает сторожевую будку и входит в тюрьму. Он взваливает коробку на плечо и спокойно, не торопясь идет в самый дальний угол тюрьмы. А мы вот-вот станем свидетелями особой функции Кириархальной Системы в действии. Несколько охранников из будки пристально следят за коллегой с коробкой на плече. Пока он идет по прямой, десятки узников высыпают изо всех уголков тюрьмы и начинают быстро двигаться в том же направлении, что и он. Толпа заключенных с обезумевшими от жадности и вожделения глазами подобна стаду овец, вдруг заметивших мешок корма в руках своего пастуха. В своем безумии они одним глазом следят за пастухом, а другим – смотрят на гладкую каменную поверхность, куда пастух планирует рассыпать пригоршни соли и корма. Тюрьма превратилась в загон для овец. В холодные зимние дни, когда вокруг не осталось травы, пастух бросает ячменя или люцерны в угол загона, чтобы овцы не страдали от голода. Благодарные за этот добрый жест овцы быстро сбиваются вокруг пастуха. Но люди намного умнее овец. Заключенные действуют иначе: они не бросаются к охраннику-пастуху напрямик, как овцы. Они бегут в том же направлении, куда он идет.
Здесь базовая и понятная конкуренция. У того, кто придет раньше, будет больше шансов схватить одно или несколько пирожных. Пирожные крошечные, но очень вкусные. Когда узники стягиваются к нужному месту, тюремщик превращается в пастуха, который запускает руку в мешок с кормом или люцерной. Он вытаскивает пирожные одно за другим. Он не заботится о том, как их разложить, – как только он их выкладывает, их мгновенно сметают с картонки.
Дележка пирожных не предполагает справедливого распределения. Как только открывается коробка, навстречу охраннику тянутся десятки рук. Ему ничего не остается, кроме как поднять коробку над головой. Иногда толпа так напирает, что тюремщик теряет равновесие и едва не падает. Чтобы не упасть, он вынужден отшвырнуть коробку со всем ее содержимым на несколько метров. Последствия очевидны. Тела, тянущие руки, внезапно меняют направление, устремляясь к коробке и пирожным, разбросанным по земле. В эти моменты заключенные гораздо опаснее овец – они больше похожи на стаю хищных волков в середине зимы. Они превращаются в голодных волков, безжалостно набрасывающихся на добычу.
Корова в таких случаях просто бесподобен.
Шанс остаться обделенным для него просто исключен. Даже если он не первым прибыл на раздачу, то к финалу этого столпотворения в его руках обязательно окажется пара пирожных. Я никогда не подхожу к охраннику за ними. Ни при каких условиях я не делаю даже шага в направлении этой вакханалии. Не потому, что я такой гордый. И даже не потому, что я хочу сохранить человечность, а не вести себя как овца. Нет. Клянусь, это вовсе не так. Моему поведению есть особая причина, даже в те моменты, когда голод властвует над моей душой.
Эта причина – овладевшее мной чувство слабости. Мое тело измождено; я совсем как оголодавший лис. Полагаю, это мое чувство – свидетельство того, что я все еще сохраняю базовое представление о человечности. С первой же секунды, когда охранник является со своим угощением, я осознаю, что я – зверь, который уже проиграл игру. Поэтому я всегда наблюдаю за этим зрелищем издалека. Я лишь смотрю, как пожирают эти красивые, вкуснейшие пирожные.
Бывает, что я случайно оказываюсь рядом с будкой охраны, а тюремщик внезапно возникает из ниоткуда и проходит мимо меня со своей коробкой. Исключительный момент, о котором наверняка мечтает кто-то вроде Коровы. Я заметил его одним из первых, а значит, у меня больше шансов на успех. Но мной снова овладевает всепоглощающее чувство слабости, поэтому я лишь с сожалением наблюдаю, как заключенные со всех углов с безумной скоростью сбегаются в зону раздачи. Я знаю, что неспособен конкурировать с Коровой и его дружками. Мне трудно даже представить, что я бы успел урвать пирожное раньше кого-то вроде Коровы.
Коридор «М» находится на другой стороне тюрьмы, рядом с забором, который напротив океана. Его называют Маленький Курдистан. Здесь сложилась иная форма конкуренции за еду.
