Я снова сидел в привычном положении пленника, даже заключенного. Вокруг стояла тишина, но, даже, не открывая глаз, я чувствовал присутствие моего тюремщика Кальера. И это все меня уже начало раздражать. Этот его надменный взгляд, уверенность в себе и нескончаемое удовольствие от собственного превосходства надо мной. Я лишь украдкой взглянул на него, а его лицо излучало надменность и высокомерие. Дверь бесшумно приоткрылась, и рядом с ним появился его помощник. Помощник кивнул и протянул магу предмет, похожий на чайник с длинным носиком, или на масленку. Я решил, что они будут меня чем-то накачивать, но оказалось, что нет. Маг самолично снял с меня поле и веревки, и отпустил на выход. Я уже не верил во все происходящее, и был прав, теперь я смог лишь дойти до тяжелой двери камеры Маэль… Если она там была когда-нибудь… и мир вновь растворился в красках, приковывая меня к стулу.
В камере стояли те же двое эльфов спиной ко мне. Я рассудил, что только что был в иллюзии, и пришел в себя, поэтому не могли же меня снова отправить блуждать по крепостным замкам моего разума. Я напрягся, попытавшись открыть рот, но лишь безуспешно двигал языком за двойным забором зубов. Тогда я стал выдувать воздух сквозь щелочку между зубами и губами, произнося заклинание невидимости. Получались какие-то не членораздельные звуки, издаваемые шепотом, благо. У меня получались через раз слова, но три раза мне удалось произнести, наверное, после сотой попытки. В конце концов, я стал невидимым. Ту же схему я использовал для огненного заклинания, оно получилось быстрее и веревка, удерживающая мои руки, сгорела, оставив ожоги на моих запястьях. К сожалению, руки все равно остались неподвижными, и шар мне не запустить из-за этого. Я сменил его на водный, и затем стал произносить «сомниум». Это заклинание давалась труднее всего, но и оно поддавалось моему речевому аппарату. Водяной шар наполнялся пыльной завесой сонного порошка, и переливающиеся потоки на его поверхности стали разбрасывать в небольшом радиусе взвесь. В основном, она была сосредоточена у меня за спиной, но надежда на сквозняк в сторону пленителй все равно оставалась во мне. Кальер обернулся, посмотрев на меня. Его взгляд удивления навсегда остался в моей памяти, когда первая мысль была о побеге. Они подбежали к полю, под которым сижу я, обошли его по кругу: Маг по часовой, а его помощник против часовой, и встретились у меня за спиной, а затем я услышал глухой стук об пол от упавших бесчувственных тел.
Дверь неслышно открылась и показалась голова с острием копья, принадлежавшая стражнику.
— Милорд Кальер, он сбежал? — Спросил он низким хрипловатым голосом. — Милорд? Он вас в поле заточил? Я мигом его сниму, — он нажал на рычаг, и с меня сошла моя обездвиженность. Я чуть не пустился в пляс, расцеловывая незадачливого стражника, но вместо этого окутал его сонной пылью.
За скрипучей дверью меня встретил привычный коридор с каменной кладкой, вычищенной до блеска и без какой-либо охраны. Помнится, прежде здесь все поросло мхом, свисающим гигантскими гроздьями, практически дотягиваясь до головы. Я добрел до знакового поворота, но теперь тоннель не поворачивал, а разделялся: один его конец уходил дальше прямо, а другой поворачивал в сторону. Прежде, у меня не было выбора, теперь пришлось подумать, что делать дальше. Вряд ли в иллюзиях мне в голову вкладывали план побега из казематов, поэтому я решил идти прямо в надежде на спасение. Попутно я отсылал мысленные сигналы Маэль и проклинал магию, которая не поддавалась мне из-за непонятно каких подсознательных процессов.
Впереди шел патруль стражников, они никуда не спешили, значит, тревога не была объявлена, но до этого момента оставалось недолго. Мы разминулись с патрулем, а за ними шел еще один стражник, который толкал перед собой какой-то груз. Также не спеша, не издав ни единого звука, я приближался к нему, чтобы разминуться. Его грузом оказалась Маэль, парящее в воздухе. Я, чуть было, не бросился ее обнимать, но она была без сознания, ее глаза выделялись темными желтыми пятнами на лице.
Я дал стражнику пройти мимо себя и наколдовал сонной пыли ему в лицо, а затем аккуратно поймал за подмышки и уложил слюнявить в неконтролируемом сне каменный пол, в стыках которого и так собиралась влага. Маэль продолжала висеть в воздухе, еле покачиваясь от движений воздуха. Я ее ухватил и потянул за собой, она стала невидимой, лишь я ее коснулся. Боясь, что патруль вскоре обнаружит пропажу и спящих хранителей тюремных покоев, я припустил на выход очень быстрым шагом. Надеялся, что на выход. Вскоре появилась еще одна развилка тоннеля, направо и налево. Мне пришла в голову запоздалая идея: Я вызвал водяной шар на ладонь, предварительно сняв невидимость, и стал водить по воздуху в центре развилки, поднося ближе то к одному ответвлению, то к другому. С правой стороны шарик подергивался мелкой рябью, значит мне туда, и, облачившись в мантию невидимости, направился к потенциальному выходу.
