Девушка села на подоконник, чиркнула зажигалкой и вопросительно взглянула через стекло на Сибирцева.
Это была, конечно, не Валя. Вернее, может быть и Валя, но не Кирюхина, не его.
Сибирцев мимикой и жестами пытался пояснить ситуацию, но девушка, не понимая, пожимала плечами, смеялась и, в конце концов, покрутив пальцем у виска, махнула рукой и пропала в глубине коридора.
— Ну, что, настрадался? — вернул его в действительность голос подошедшего друга, — Может, пойдем?
— Да, идем, на сегодня эмоций хватит.
— Сомневаюсь, сейчас еще встреча с Чемодановым в «Оке», — напомнил Владимир.
Друзья поднялись на Бекетовку и вскоре подошли к горящему многочисленными огнями лучшему отелю города.
«Ока» была так же одним из памятных мест. В ней, только что открытой с европейским шиком, в августе семьдесят пятого прошли выпускные трех взводов их четвертой роты.
В ослепительно освещенных огромных окнах фойе показалась фигура Виктора Чемоданова.
Сибирцев узнал его мгновенно. Виктор не изменился. Разве что раздался еще в плечах и стал квадратистее.
Если Цепков с Виктором виделись в прошлом году в Калуге на встрече однокурсников, то Сибирцев, после окончания училища, видел Чемоданова впервые.
Однокашники бросились в объятия, невольно осматривая и оценивая друг друга.
— А я с утра звоню-звоню, никого поймать не могу, Пришлось в отеле останавливаться, — обиженно, и, в то же время, облегченно, жаловался Виктор.
— Какой, на хрен, отель? Все уже давно решено. Благодаря Лещу, каждому приготовлены отдельные номера в гостинице при академии права. Сейчас и тебя определим, — твердо заявил Цепа.
— Это отлично, — обрадовался Виктор, — а то, штуку в день платить накладно. Впрочем, эту ночь я останусь здесь, все равно деньги не вернут, а с утра перееду.
Прогулявшись по ночному городу, друзья расстались до утра.
6
Утром в пятницу, Цепков застал Сибирцева за наведением порядка.
— Уборщицы нет, каникулы в академии, — пояснил Сергей, — а порядок поддерживать надо.
— Все верно. Чистота на первом месте, — похвалил его друг. — Звонил Хома. Он в двухстах километрах от города. Авария какая-то на дороге и пробки. У тебя какие планы на сегодня?
— Хочу погулять по городу, зайти в училище.
— Хорошо, заканчивай уборку и садись в машину, я сейчас подойду.
Заскочив на место работы Владимира в Нижегородский суд, они поехали в гостиницу за Чемодановым.
Когда парковали джип у Дворца спорта, Сергей обратил внимание на красочную рекламу, приглашающую болельщиков на хоккей. Во дворце проходило первенство на кубок губернатора области.
— Что, желаешь посмотреть? Давно на хоккее не был? — Владимир обратил внимание на интересующий взгляд Сибирцева.
— Очень давно. Украина не хоккейная держава.
Владимир улыбнулся:
— А я хоккей люблю. Практически, на все матчи хожу. Сейчас, встретим Витька и возьмем билеты. Тебе понравится.
Виктор их ждал в сквере на улице, очевидно время пребывания в отеле закончилось. От хоккея он почему-то отказался, кубок губернатора его не заинтересовал.
Ну, хозяин — барин. Когда зашли за билетами в кассы, Сибирцев вспомнил случай, связанный с Дворцом спорта:
— Вова, помнишь, на втором курсе мы сюда на концерт «Песняров» с Мулявиным ходили?
— Помню.
— Так вот, на концерте я познакомился с симпатичной девчонкой и даже пошел ее провожать, попросив Мишку Стрелкова, чтобы прикрыл меня. Я рассчитывал к вечерней поверке вернуться. Никак не думал, что живет она аж в Сормово. Ну, туда еще ладно, на автобусе доехали. А там, пока шуры-муры с барышней разводил, пришлось в училище возвращаться ночью пешком, через Оку по Канавинскому мосту. Шел быстрым шагом часа два, в казарму зашел уже под утро. Голиков, взводный, естественно, меня ждал. Странно, но отделался я тогда всего месяцем неувольнений.
— Да, ты Маршал, за всю учебу в увольнениях-то был раз десять, остальное все самоволки, — усмехнулся Вова.
— Это точно. Столько взысканий никто не имел.
Купив билеты, друзья подошли к машине.
— Ну, что, прокинемся по «местам боевой славы»? — Предложил Цепков.
Друзья согласились и вскоре выдвинулись втроем на джипе в сторону Бекетовки. Справа, за Дворцом Спорта, раскинулся центральный парк «Швейцария», в юности парк имени Ленинского комсомола, с которым была связана вся их курсантская жизнь от изнурительных кроссов и марш-бросков, до первых свиданий и поцелуев под кронами его аллей. Здесь, на летней танцплощадке, прошло большинство их увольнений.
Повернули на Медицинскую, подъехали к Щелковскому хутору, в лесопарке которого каждую зиму бегали пяти и десяти километровые кроссы на лыжах. И это не были простые прогулки, а именно нормативные броски на выносливость на пределе моральных и физических возможностей. Здесь укреплялись сила и дух будущих офицеров, настоящих мужчин.
— Кстати, я и сейчас зимой на лыжах катаюсь, — похвастался Цепа. — А чего: живу рядом, лыжи на балконе стоят. Как хорошая погода, сразу сюда бегу.
