Ну почему так происходит — ты видишь человека, с которым прошла твоя юность, и испытываешь такой восторг, что чуть не задыхаешься в нем, как в горном воздухе?
Они кинулись друг другу в объятия. Долго стояли и молчали. Стояли… И молчали… И им было хорошо!..
— Ну, что вы замерли, как влюбленные гимназистки? Народ вон уже с интересом смотрит. Пойдем куда-нибудь, — теребил их Вова.
— Да, действительно, пойдем, а то не правильно нас поймут, — рассмеялся Саня.
Перед тем, как отметить встречу в кафе на Бекетовке, Сергей решил сделать памятное фото, такое же, как в той, прошлой, жизни.
Он расставил ребят точно в тех же позициях, что были на старом курсантском фото, и попросил проходящего мимо парня сфотографировать их. Мгновение… И вот они застыли на экране камеры, такие же, как и сорок лет назад, ну разве что, чуть повзрослевшие.
В кафе взяли, как обычно, выпить-закусить и говорили, говорили… О чем? Да хрен его знает. Обо всем. О жизни. Как-то в одно ухо влетало, в другое вылетало. Главное, не о чем, а как… Тембр голоса, поворот головы, взмах руки, глаза, мимика, все то, в чем улавливалось давнее, еще не забытое, родство их душ.
Время летело незаметно, пора было выдвигаться на хоккей. Саня, понятно, не пошел. После дальней дороги надо отдохнуть. Проводили его до автобуса и направились во Дворец.
Матч Сибирцеву очень понравился. А вот Вова был очень огорчен проигрышу нижегородской команды. Игра шла агрессивно и эмоционально, с переменным успехом. Лишь в конце встречи «Торпедо» пропустило в свои ворота две безответные шайбы. 4:2, «Динамо» впереди. Послематчевые буллиты подтвердили лучшую подготовку рижан.
Расстроившись за проигрыш земляков, Вова без настроения попрощался и прыгнул в проходящий автобус.
По пути в гостиницу, Сибирцев не удержался, заскочил в знакомый магазин возле КПП и прихватил с собой, по старой курсантской привычке, два пакета молока и сдобную булку. Точно так же, в незабвенные семидесятые, они, молодые курсанты, подкреплялись здесь после утренних выматывающих кроссов и марш-бросков.
7
Утром следующего дня Сергея разбудил звук открывающейся двери. В номер вошли Цепа и Хома.
— Рота, подъем, — скомандовал Вова, — Маршал, хорош спать, нас ждут великие дела!
Сергей, откинув простынь, быстро поднялся.
— Ух ты, — потянулся он, — так хорошо спалось, — лицо озарила довольная, ленивая улыбка, — даже сны какие-то видел. Кстати, цветные. Подождите меня, я быстро. А пока ознакомьтесь, я вам книги подписал.
Сквозь журчание воды из душа, Сергей услышал недоуменный вопрос:
— Тут что, про нас? — громко спрашивал Саша, листая книгу.
— И про вас тоже, — крикнул ему Сергей, откинув шторку.
— Он что, писатель? — продолжал удивляться Александр, пробегая глазами страницы.
— Не знаю его статуса, но пишет неплохо, местами даже увлекательно и интересно, — усмехнулся Вова.
— Во, дает Маршал! Какая только моча в голову не стукнет на старости лет! — с глубоким недоумением Мишанин продолжал листать книги.
— Забирайте их с собой, книги ваши. На досуге, будет желание, полистаете. — На пороге ванной комнаты появился приодетый, благоухающий французским парфюмом, Сибирцев. — Готов к труду и обороне, — приложив руку к голове в пионерском приветствии, шутливо позировал он.
— Поедем в «Швейцарию», — предложил Вова, — посидим в летнике, шашлыков закажем, прогуляемся по аллеям. Погода отличная, надо быть на природе.
Через десять минут Володя припарковал свой джип у центрального входа в парк.
На белоснежной арочной колоннаде знакомого барельефа изменилась лишь надпись. Вернее, ее окончание. Если внимательно присмотреться, то сквозь свежую водоэмульсионку надписи «Центральный парк «Швейцария», просматривалась старая — «Центральный парк им. Ленинского Комсомола». Обычное дело в коммунальной собственности, все тяп-ляп.
Не смотря на ранний час, отовсюду слышался счастливый детский смех. Работали аттракционы.
Постояв у чертова колеса и поглазев на детвору, друзья, не сговариваясь, направились в тенек, где было пиво и шашлыки.
Неожиданно заиграла громкая музыка. Через центральные ворота, на вороном коне, вся в белом, в парк заехала молодая невеста. Красавец-конь, закусив удила, мелко гарцевал по зеленой полянке. Белый шлейф платья и фата наездницы празднично развевались на ветру. В конце свадебной процессии показался Чемоданов!
— Вот те раз, — изумленно произнес Вова, доставая из кармана телефон — а мы его ищем!
— Эй, Витек, ты где? — кричал он в трубку.
Видно было, как Чемоданов приложил мобилку к уху.
— В «Швейцарию» зашел, а вы где?
— А мы на тебя смотрим, иди прямо, я рукой машу.
Друзья вышли из летника. Подошедший Виктор обнялся с Александром, они не виделись много десятилетий.
— А как ты на свадьбе оказался? — спросил его Вова.
— Просто мимо проходил. Где-то мы разошлись. На вахте в академии сказали, что вы уехали в «Швейцарию», вот я и двинул сюда.
— Ты завтракал?
— Да.
— В общем, мужики, — неожиданно обратился к ним Владимир, — сейчас я вас оставлю на время. Отвезу семью на дачу, а потом сам вас найду. Согласны?
