— Вперед! — ткнул он стволом в спину Брусницину.
Тот медленно пошел впереди старшины.
Михайлюк подвел его к березе, стоящей метрах в пятидесяти от строя и развернул лицом к роте. Сам же отошел метров на десять и прицелился из автомата.
— Огонь!!! — скомандовал ротный.
Раздался оглушительный треск автоматной очереди. Брусницин дернулся, сполз по стволу и завалился на бок.
— Сержант Брусницин! — выкрикнул Сибирцев.
— Я! — хрипло ответил младший брат.
— Закопать тело!
— Есть! — четко ответил сержант и бросился с лопатой к брату.
— Повторяю команду: «Заправиться!»
Дембеля, дрожащими руками, в сноровке не уступая молодежи, стали приводить в порядок внешний вид.
— Рота, на пра-во! За мной, бегом, марш!
И Сергей побежал в голове колонны, уводя за собой роту на десяти километровый марш-бросок.
Сзади подгонял отстающих командир взвода, двухгодичник, лейтенант Старостин.
Первый километр рота держалась компактно, слаженно, но вскоре растянулась на целую милю.
Сергей отправил Старостина в голову колонны, а сам занялся отстающими.
Где окриком, а где и тычками, он подгонял вконец измотавшихся дембелей, ожиревших от халявной жизни, приговаривая: «Я, блядь, сделаю из вас настоящих бойцов. Научу, Родину-мать любить!»
Вернувшись в лагерь, солдаты увидели свежий могильный холм и березовый крест, воткнутый в ногах усопшего.
— После обеда дембеля возвращаются со старшиной в полк, остальным подготовиться к занятиям по развертыванию полкового узла связи, — подвел итоги Сибирцев.
Перед обедом, дембеля в полном составе, начищенные и надраенные, зашли к командиру роты в палатку и попросили слезно оставить их в роте, не отсылать в полк, обещая правдой и верой служить Родине.
А в это время, братья Брусницыны садились в скорый поезд для убытия в краткосрочный отпуск, за успехи в боевой и политической подготовке.
Целый месяц Сергей занимался вопросами обучения и слаживания роты, попросив командира полка на это время его никуда не привлекать.
Бессонные дни и недели службы вскоре дали свои результаты. Прибывшая комиссия из штаба дивизии отметила значительный рост мастерства связистов, повышения боеготовности техники связи и авто-, бронетехники.
Через два месяца рота стала лучшей среди отдельных подразделений полка. А по вопросу боевой готовности, ей не было равных в дивизии. От момента объявления повышенной боевой готовности до покидания последней машиной зимних квартир, проходило не более двенадцати минут. Специалисты знают, что это такое.
2
В сентябре, старшему лейтенанту Сибирцеву было присвоено долгожданное очередное воинское звание — капитан. Отмечали на полигоне в кругу сослуживцев.
В октябре Сергей перевез семью из Новосибирска в Юргу. Весь скарб уместился в кузове ГАЗ-66, Юля с Ваньком сели в кабину и, через три часа, семья прибыла к новому месту службы. Начиналась, буквально, новая жизнь. Новые люди, друзья, отношения, природа, жизненные условия, работа. В общем, все новое. В этих переездах, можно видеть трудности (два переезда — один пожар), а можно увидеть какое-то обновление в жизни, как будто в организм вливают новую кровь. А, если этих переездов восемнадцать?!
Они долго жили в бараке, не переселяясь в новую благоустроенную квартиру, так как жить на природе, рядом с частью, всем нравилось.
В редкие дни отдыха и по вечерам, всей семьей выбирались в тайгу на берег реки Томь. Собирали белые грибы и подосиновики. Рыбачили. Варили уху на костре и жарили рыбу на углях.
И лишь, когда Сергею пригрозили, что отдадут квартиру другому офицеру, переехали в центр города.
Их однокомнатная квартира встретила еще не выветрившимся запахом новостройки. Несмотря на убогость тонких, полукартонных дверей, бумажные типовые обои и кривые плинтусы, она порадовала удачным проектным решением: большая, двенадцатиметровая кухня с выходом на лоджию и удобная и вместительная комната буквой «Г», с выходом на балкон. Одним словом, это был тот самый кирпичный однокомнатный «рай с милым».
3
Приближался Новый год. Время проходило в праздничной суете.
Как обычно, ответственным по полку на Новый год был замполит, а в подразделениях — командиры подразделений.
Перед праздником убрали территорию, надраили казармы, в Ленинской комнате поставили елку и сдвинули столы для праздничного сладкого угощения.
В 22.00 включили телевизор, и расселись за столами. Жены офицеров и прапорщиков, по возможности, напекли для солдат всевозможных угощений и пряностей. Докупили сладкой воды, конфет и цитрусовых в чайной и стол действительно оказался по-домашнему сытным и уютным.
Бокалами с минералкой проводили старый год. Заходили с контролем и поздравлениями представители вышестоящих штабов.
В общем, все шло спокойно и в меру празднично.
На улице, возле казармы, Сергей встретил своего товарища, командира ремонтной роты, Витьку Карпенко, афганца-орденоносца.
— Привет, Витек. С наступающим! Заходи на огонек в мою канцелярию.
За кружкой водки Сергей поинтересовался:
— Ты как, до утра думаешь торчать здесь?
— Не знаю, вообще-то у меня старшина в казарме. Можно было бы и куда смотаться.
