– Это было здорово! – восклицает он, когда они заканчивают песню. – Очень здорово! – Он передает Лайле визитку. – Меня зовут Аамод. Позвоните мне, когда понадобится транспорт, чтобы доехать до концерта. И не надо дополнительного доллара за окно.
– А сколько будет стоить поездка в Лоблолли, Мэрилэнд, и обратно?
– Никогда про это место не слышал.
– Там театр, называется Гранатовый театр, – рассказывает Лайла.
– Позвоните мне и скажите адрес, тогда я смогу назвать расценки.
Трипп и Лайла улыбаются друг другу.
Водитель поворачивает в переулок и снижает скорость.
– Вам в который?
Трипп всматривается.
– Хм, номер 830...
– Вот этот, – говорит Лайла. – Который с крыльцом.
Они складывают деньги и платят водителю, затем Лайла выходит, потянув ковер, Трипп следует за ней.
– Маши рукой и выгляди естественно, будто это наш дом, – шепчет Лайла, когда машина отъезжает.
– Что-то я не думаю, что люди на прощание машут таксистам, – говорит Трипп.
– Он не таксист. А наш фанат. – Она машет рукой.
Машина скрывается за углом, и улица погружается в тишину. Воздух морозный, так что они начинают дрожать.
– Что теперь, Бонни?
– Оставляем на крыльце и убегаем.
– Надо написать сверху его имя.
– Нет, они решат, что мы сталкеры.
– Ладно. Тогда может «подарок от Санты»?
Лайла смеется.
– "Подарок от Млеющих".
Трипп, испугавшись зажегшегося на крыльце соседского дома света, отпрыгивает на темный участок газона и тянет за собой Лайлу вместе с ковром. Ногой он становится на скейтборд и падает, скейтборд откатывается от него и ударяется о нижнюю ступеньку крыльца.
– Ты цел? – смеясь, шепчет Лайла.
– Тише! Пригнись!
Лайла присаживается на корточки, когда мужчина из соседнего дома выходит и садится в машину.
– Если он поднимет голову, то заметит нас, – шепчет Лайла.
– Прикинься газонным троллем и замри на месте. – На лице Триппа застыла замерзшая смешная ухмылка.
Лайла смеется.
– Тише! Тролли не смеются, – произносит он сквозь зубы.
Как только автомобиль пропадает из поля видимости, они поднимают ковер. Стоит Триппу ступить на первую ступеньку, как та громко скрипит.
– Тише! – говорит Лайла.
– Ничего не могу поделать, – отвечает Трипп. Он кладет свой конец ковра на крыльцо, и они заталкивают туда оставшуюся часть.
– Стучи!
– Нет. Ты стучи!
– Тише!
– Давай вместе.
Они на цыпочках поднимаются по ступенькам, глядя друг на друга и посмеиваясь, и стучат в дверь, после чего убегают.
Трипп оглядывается дважды. Оглянувшись во второй раз, он замечает, что входная дверь открылась и кто-то вышел. Они бегут мимо домов, припаркованных машин, куч листьев. Он тянет Лайлу в переулок. Где-то лает собака, пока они быстро бегут.
– Ты знаешь, где мы? – задыхаясь, спрашивает Лайла.
– Кажется, надо повернуть налево на следующей улице.
На следующем перекрестке в их сторону поворачивает полицейская машина.
Лайла хватает Триппа за руку.
– Только не беги, – говорит Трипп. – Выгляди совершенно естественно. И они проедут мимо.
Рука Лайлы остается на его руке.
– Мы обречены, Клайд, – шепчет она. – Мы с ног до головы покрыты виной. Скорее всего, у нас на одежде есть волокна ковра!
Когда они быстрым шагом проходят мимо фар машины, Трипп начинает напевать песню Лайлы о вине.
– Ты что делаешь? – шепчет Лайла.
– Выгляжу естественно. Когда люди гуляют по улице, они всегда поют радостные песенки.
Стоит полицейской машине уехать, как Лайла нагибается.
– Я не дышала!
– Идем. – Трипп перебегает улицу и тащит за собой Лайлу.
Когда они доходят до тротуара по другую сторону улицы, Лайла замирает.
– Смотри! – она смотрит прямо вверх.
В свете уличного фонаря в небе виден танец снежинок.
Лайла вытягивает руку. На кончик ее пальца падает снежинка. Она протягивает ее Триппу.
– Конфетти!
– Да. – Улыбается он. – Небо устроило в нашу честь вечеринку.
Трипп/ думаю, стоит добавить к твоей «песне о студии» виолончель.
Лайла/ Я послушала скрипача в метро. Подаю заявку на разрешение для нас!
Привет, мистер Нечет,
Энни вступила в Квартет, так что они теперь Квинтет. И, несмотря на то, что мы так с друг другом и не разговариваем, я думаю это отлично.
—Мисс Чет
На поляне по правую сторону возвышается старинного вида каменный дом с красивым деревянным амбаром рядом. На входной двери амбара большими яркими буквами выведено: ГРАНАТОВЫЙ ТЕАТР.
Когда машина отъезжает, Трипп опирается на чехол для гитары и, повернувшись к Лайле, говорит:
– Я не могу.
Она хватает чехол.
– Нет, можешь.
– Это ты выступала перед миллиардами. Не я.
Она берет его за руку.
– Заканчивай. Мы выступим.