— И тебя там пристрелят. — Он отрицательно мотнул головой. — Ты один не справишься.
— А втроём мы туда не долетим. Забыл? Туда почти трое суток лететь.
— Угу.
— А другого корабля у меня нет. Так что… Куда вас высадить?
— Как это нет? — ухмыльнулся Александер.
— Нет. — Пожал я плечами. — Анаконда, она сейчас под вице-королём. А другого корабля нет. У меня нет.
— А корвет?
— Корвет? Так он же не мой.
— Твой. Почти твой. Его же Тод под тебя зарезервировал.
— Ну, зарезервировал. Но кто его мне отдаст? Да и денег — на его выкуп нет.
— Выкупать… А зачем тебе его выкупать? Угони.
— Кх-а! — Я аж подавился. — Мне что по твоему — мало того понижения социального статуса?
— А что такого? — Удивился он. — Ты только что Имперскую тюрьму того. Ну ещё согрешишь. Разок.
— Знаешь, — говорю ему. — Как-то мне твой план не того. Да и — это же Тронная система! Меня расстреляют — едва я от платформы оторвусь! А потом реанимируют, допросят и впаяют — лет десять расстрела.
— Не более пяти. От трёх до пяти. Я ваш Имперский УК знаю. Читал — пока вас на орбите ждал.
— Мне уже легче. Всего-то — три года расстрелов, пыток и сожжений. Не вариант.
— Да не расстреляют тебя. Тебе главное со Станции выбраться — и в прыжок сразу. Кроме того, — он подмигнул. — И со Станции тебя выпустят.
— Ага. Пешком и без скафандра. Нет!
— Так. Законы ты, как я вижу, не знаешь.
— Ну?
— Тод его под тебя — зарезервировал?
— Да.
— По вашим законам — ты, как единственный прямой кандидат на владение или как наследник. А прямой ты — потому, что аукцион объявлен не был. Тут дело как с завещанием. Упомянут только ты, понимаешь? Так вот — по вашим законам…
Я не выдержал и перебил его.
— По короче можно? Сейчас из гипера выйдем, мне рулить надо — иначе в звезду врежемся.
— Короче — можно. Ты имеешь право ознакомиться с имуществом. Дошло?
— Нет. — Корабль вывалился из гиперперехода около звезды и я повёл его сквозь тропосферу, пополняя запасы топлива.
— Не тупи. Ты имеешь право ознакомиться с имуществом до вступление в наследство, то есть — во владение, в нашем случае.
— А чего знакомиться? Я же его и привёл туда. На Станцию. Я и так знаю — что с ним.
Судя по вздоху — Александер закатил глаза.
— Ты. Имеешь. Право. Точка. Остальное никого не должно интересовать. — Он шумно выдохнул. — Ты. Имеешь. Право. Провести ходовые. Перед. Покупкой. Понял?
— Угу. Не тупой.
— Иногда я в этом факте сомневаюсь — не замедлил съязвить он. — Так вот. Морду кирпичом — с этим ты хорошо справляешься, и в ангар. Мол так и так. Проверить хочу. Перед покупкой. Отказать тебе не смогут. Попросят — именно попросят не покидать систему.
— Ага. — Я задумался, выводя штурмовик на курс следующего прыжка. — Может сработать. Вы со мной?
— Нет. Она же всё ещё ЗК. Ей теперь путь в Империю заказан. Карту выведи.
Я подчинился и перед нами вспыхнула объёмная карта обитаемой части Галактики.
— Мы сейчас тут — Александер ткнул пальцем в маркер на карте. — Наш Корвет — тут. — Он показал на ещё одну систему.
— Летим сюда, — он выделил нейтральную систему, невесть как оказавшуюся немного внутри сферы Имперских интересов. — Высадишь нас тут и дальше быстро доберёшься. Три прыжка. Ну а мы тут будем. Тебя ждать.
Люблю нейтральные порты за их гостеприимство. Никто даже не поинтересовался кто мы такие и зачем сюда прибыли. Плати пошлину и не доставай стволы — этим ограничивались все требования и запреты к прибывающим. Для пущей наглядности над выходом из ангара на три краски светился информационный плакат — пачка денег в зелёном круге и перечёркнутые красными линиями крест накрест нож и пистолет. Рядом был изображён силуэт в боевой броне с карабином наизготовку. Всё просто, лаконично и доходчиво.
— А тут мило. — Заметила Бродяжка, когда мы, заплатив положенный налог, вышли из здания космопорта.
С желтоватого неба на нас смотрела небольшая, бледно красная звезда класса «Т», лёгкий ветерок крутил небольшие пыльные смерчики — после многих дней проведённых внутри корабля я был готов с ней согласиться.
Видно было что местные пытались облагородить обжитую территорию — вдоль тротуара, отделяя его от проезжей части тянулся неширокий газончик, заросший коротко подстриженной травой пепельного цвета.
Интересно, — пришла в голову дурацкая мысль, — а как местные говорят? Не озеленить же? Опепелить? Запепелить? Я бы и дальше предавался подобным мыслям, но Бродяжка отвлекла меня от подобных, несомненно важных, измышлений.
— Если это и гипноз, то я про подобный уровень внушений даже и не слышала.
— Это не гипноз, — практически хором сказали мы.
— Ага… Рассогласование при подаче убеждений. — Она повернулась и посмотрела на нас. — Вы должны были сказать это синхронно. Небрежность исполнителя?
— Послушай, — Александер взял её руку и прижал к своей груди.
— Это не гипноз. Невозможно столько деталей предусмотреть.
— Почему? Дали мне общую установку, вот я — мой мозг и подстраивает картинку.
— Уффф…
Тут мы подошли к стоянке наземного такси и Александер открыл дверку первой в очереди машины.
— Удачи! — Он протянул мне руку.
