Моросить уже перестало, вытоптал площадку, достал стол, стул. Позавтракал. Надо выдвигаться, а неохота. Эти скачки каждый день и ночь, начали морально утомлять. Закурил сигару, сижу себе, неспешно думаю. Сам себя уговариваю, что у нас осталось в Англии, здесь и в Лондоне мелочи всякие. Если здесь затаримся железом, то уже особо можно не переживать ни о чем, оружие и энергия считай есть. Вот с Англией развяжусь и на отдых, в Испанию. Ну да, куплю костюм с отливом и в Ялту. Пошли, день сам по себе не встанет.
И пошли и пошли, дошли до цехов, хорошо что тут диких участков хватает, с уходом под землю проблем нет. Осматривая глазом из-под земли цеха, понимаю, все не то, не то. Тот склад нашелся в другом заводском квартале. Завод, клепающий подшипники стоял несколько наособицу, за своим забором. Немного другая архитектура, более современная. В складах ворота нараспашку. Аккуратные контейнеры на кубометр. Не контейнеры, а скорее очень прочный ящик из металла, приспособленный для перевозки на клыках погрузчика. Один ящик полный шариками, это четыре тонны. Тридцать шесть тысяч шариков по три сантиметра в диаметре. Одного такого ящика хватит болтаться в космосе тринадцать лет. Макс подхватил пять шариков и чмокая как леденцами, начал растворять их.
— Нормальна, именно то, что нужно. Плотная вещица. Сойдет и за оружие, и за энергию. Смотри, здесь четыре таких ящика, это сто сорок четыре тысячи шаров. И вон там ещё пять с шариками два сантиметра в диаметре, это шестьсот двадцать пять тысяч шаров. Меньшего диаметра тут завались, но нам не надо. Лучше давай поищем склад с арматурой, из которой эти шары катают. Эти шары забираем, без ящиков, насыпом. Забрали. В конце склада наткнулись на ящик совсем уж с бесподобным содержимым, шары по пять сантиметров. Это восемь тысяч шаров. Видно, давно стоит тут, и запыленность есть, и некоторые шары с пятнышками. Раз никому не нужен, забираем. В этот момент в склад заехал электрокар, подцепил на клыки ящик с мелкими шариками и укатил.
— Макс, хамелеон работает? Не хочется озадачивать аборигенов вопросами о посторонних на складе.
— Да сразу как вылезли включил, будь спок, нас никто не видит. Ты сейчас как хищник, из кино про хищника. Этот, как его, предатор.
— У меня тут мысль созрела, давай возьмем пару ящиков сантиметровых шариков. Вдруг какая фигня с перерождением и окно входа в карман менее трёх сантиметров. А у нас есть в запасе сантиметровые стальные леденцы. Энергия.
— А давай. Но только два. Вон там они. Берем.
Склад с арматурой обнаружился дальше, через два склада с листовым железом. Гладкие трехметровые пруты, по три сантиметра их было около сотни. Макс откусил от одного прута кусок, растворил и выдал вердикт:
— Оно самое, берем все. Другую арматуру брать не стали, хватит за глаза и этого. Пошли под землей в ближайшие лесонасаждения. Обедать пора.
А правда, в английском языке мата нет? А как же тогда переводится слово «фак»? — «Да боже ж мой!»
— Макс, а почему мы днем под хамелеоном не летаем?
— Мы под ним ночью летаем. Но он хорош в полутемных помещениях, в сумерках и ночью. Когда нет прямых лучей света. Если ты днем под хамелеоном станешь напротив ярко освещенного забора, например, то внимательно разглядеть тебя можно будет. Тоже и с полетом днем. Будет видно то появляющееся, то исчезающее, полупрозрачное пятно. Напоминающее контуры тела человека. Незаметность процентов семьдесят. Риск обнаружения.
— Ясно. Смотри такси кого-то высаживает. Попробуем отловить, далековато.
Машу рукой, такси замечает, подкатывает.
— В центр, в ресторан.
Таксист попался молчаливый, редкое явление. Молча включил счетчик и молча стартовал.
— Агхм! А вы доллары принимаете?
Таксист молча показал два пальца. Достаю два доллара, кладу возле ручки скоростей.
Доехали быстро, дороги полупустые.
После обеда я отяжелел и захотелось отдохнуть. Чем хорош Шеффилд, в нем много зелени, много зеленых островков, как ухоженных, так и не ухоженных вовсе. Центр города представлял из себя смешение архитектурных стилей, рядом со вполне старинными зданиями стояли современные из стекла и металла, бетон там не просматривался. После часовой прогулки стало понятно, что я уже не здесь, мысли уже далеко. Отдохнем и в путь. В ближайших кустах погружаюсь на десять метров под землю.
— Макс, а ты заметил, как много тут лохматой молодежи. Давай отрастим немного, почти так по плечи. До одиннадцати успеем? Не сдерживай себя.
Тьма.