— Ножик с магемой самозаточки. Энергию получает от живого объекта, если им порезать кого, то нож станет острее, а порез будет очень долго заживать. Обязательно останется шрам. Если им зарезать до смерти любое живое существо, то нож напитается лет на пять. Это все. Прячь в карман.
Хожу по кругу, убираю почву на пять сантиметров глубиной, засыпаю швейцарской щебенкой. В центре насыпаю пирамидку и втыкаю пустую садовую лейку. Пластиковая садовая лейка без распылителя, с остатками извёстки, нашлась за деревом. Определенно, альпийские горки отдыхают. Здесь дизайн высокого штиля.
Переодеваюсь, зеленый костюм тройка, зеленая рубашка, зеленый галстук с зажимом. Зеленые вельветки. Зеленые носки. Карманные часы. С цепочкой. Голова пока так, зеленой шляпы нет.
Хамелеона не ставим, прическа, бороденка в порядке, выходим.
Выхожу на Маунт стрит. Второй час ночи, пойдем, посмотрим на ночной Ландан.
Есть улицы центральные, высокие и важные, с витринами зеркальными.
Cun&Rifle мануфактура, зеркальные витрины, одежонкой приторговывают. Вижу своё отражение в стекле, нагловато ухмыляется. Где же я тебя видел… Нельзя просто так взять и вспомнить то, чего не было. А-ха-хах. Агроном. Рисуют в мемах с этой фразой обычно Баралгина, но здесь Арагорн. Запомни, Федя колечко-то ворованное. Не так уж и много типажей лиц в мире, вот Пьер незаметный, а прилепи ему усы, бороду и волнистую шевелюру, так вон оно что будет. В принципе, нам доступно множество обликов, хороших и разных. Но случайно получился вот этот. Идем дальше. Через полчаса сворачивания налево-направо-прямо, мне все поднадоело. Англичане смогли меня удивить в который раз. Люки на дорогах и тротуарах, у них были не круглые. А прямоугольные и частенько двойные. Дичь какая. Нет, улицы тут шикарные. Все чисто, здания старинные, высокие, даже тротуары есть. Магазинов много, одежных лавок подавляющее большинство. Понятно, что брендовая хрен-знает-какая престижная одежда. Но мне это не нужно. Машина, которую я сначала принял за катафалк, включает надпись такси. На крыше над лобовым стеклом. Подхожу, доллары берем? Берем, к Биг-Бену поедем? Поедем. Хочу, говорю, на Биг Бен ночью посмотреть. Говорят, он красиво светится. Радиактивный наверное. Таксист, классический лондонский кокни, такой, в кепке аэродром, фыркнул. Подъехали, тут недалеко было. Дал ему доллар и вывалил. Таксист глянул на Биг Бен и Бридж стрит огласило конское ржание невиданной силы. Не удержал английскую невозмутимость таки, перекосило его. Походил я вокруг, посмотрел. Посидел на перилах моста, выкурил сигарету, выкинул окурок в Темзу. Красиво. Пойду, пожалуй.
Удаляюсь по Грит Смит стрит и далее в закоулки, включаю хамелеона. Идем, сканируем лавки. Их много, но всё дичь какая-то. А вот и то, что нужно. «Всё для джентльмена», в вольном переводе. И вход такой занятный, под арочкой дверь сбоку. Старинная архитектура. Даже визоров нет нигде. Срезаю замок, захожу. Комната шесть на шесть. Визоров нет и здесь. Прилавок за ним товары и вдоль стен шкафы, старинные, застекленные. Там разложены трубки курительные, тросточки, запонки, заколки для галстуков, бритвы опасные, часы карманные. Несколько толстых блокнотов в кожаных переплетах. Авторучки чернильные, солидные. Ножиков складных десяток. Один шкаф полностью занят пачками с разным табаком для трубок. Коробки с сигарами, хьюмидоры. Спички длинные, зажигалки трубочные и инструмент по уходу за трубками. Несколько коробок с трубочными фильтрами. За прилавком на полках виски всякий, бальзамы и прочий элитный алкоголь в бутылках. Одна полка с одеколонами. Весь товар дико дорогой, к гадалке не ходи.
Достаю кота ставлю на прилавок. Так, что у нас там коты любят, шашлык, сыр, воды в блюдце налил. Котя озирается по сторонам, трясет лапками, затекли от веревок, вгрызается в шашлык.
Сметаю весь товар с полок и шкафов. Нечего на нас, джентельменах, наживаться. Мы тоже, знаете ли и вообще здесь вам не тут.
Кот закончил трапезу, спрыгнул с прилавка и пошёл в угол, к развесистому фикусу в кадке. Откопал в земле ямку, сделал свои дела, закопал и почистил когти о ствол фикуса. Потом подошёл ко мне и вопросительно мяукнул. Прячу его в стазис и выхожу на улицу.
Вскоре попался магазин, торгующий канцелярией. Он примыкал к проходной арке, и там в него ещё одна дверь была, в подсобные помещения. Собственно, одно длинное подсобное, стеллажи вдоль стен. Снял два пишущих кристалла. Много брать не стал, десять коробок с писчей бумагой, похожей на А4, пять коробок записных книжек симпатичных, эти книжки — моя слабость. Краски акварельные, большой набор художника. Масляные краски в тюбиках. Кисточки художественные. Линеек, лекал, угольников и готовален несколько наборов. Пять коробок с шариковыми ручками, десяток с цветными карандашами. Десяток коробок с разноцветными фломастерами. Все, ушел.