Червоный пришел к назначенному времени. На его лице отчетливо читалось волнение. Начать диалог Максим решил издалека, чтобы дать Червоному немного успокоиться. Макс не хотел спугнуть его вопросом в лоб, чтобы потом не пришлось выжимать из него по слову или чтобы он не взял статью 51 – доказывай потом, что Червоный и Моськин знакомы. Предоставив Червоному полную свободу для полета фантазии, Макс спросил: «Николай, а что вы можете сказать о приобретенном вами через отдел судебных приставов имуществе?» И тут, неожиданно для самого Макса, Червоный выдал всё как на духу, раскрыв даже те моменты, которые Максу не были известны. Оказалось, в 2013 году им через отдел судебных приставов были приобретены металлический гараж и стиральная машина, то есть всё имущество гражданина Кравеца. Информацию о том, что данное имущество можно приобрести, он узнал якобы из списка, который был размещен на стенде отдела судебных приставов, куда он случайно зашел поинтересоваться о продаже чего-либо по приемлемой цене. Денежные средства за приобретенное имущество он вносил в Сбербанк, но при этом не помнил, заключал ли он договор купли-продажи с кем-либо. Поэтому с собой он никаких документов не принес. Видимо посчитав, что он сможет скрыть следы, Червоный сообщил, что в настоящий момент стиральная машина вышла из строя, и он ее вывез на свалку. Железный гараж в настоящий момент находится на земельном участке, арендованном им под строительство жилого дома. И здесь из повести Червоного для Макса прояснился момент нисколько не в пользу Моськина. Червоный, наверно, пытаясь отвести от себя все подозрения о причастности к совершению аферы с имуществом, сказал, что ранее этот гараж находился на соседнем участке, принадлежавшем по странному стечению обстоятельств матери самого Моськина. Но тот попросил переставить его временно на свой участок, так как на крыше дома матери Моськина осуществлялись строительные работы, а гараж мешал установке лесов. После завершения работ он перетянул гараж снова на свой земельный участок, наняв тракториста по фамилии Ульрих. А после того, как Макс задал ему вопрос про начальника службы судебных приставов, тот ответил, что знаком с ним как с соседом по земельному участку. «Вот это поворот», – подумал Макс. То есть из всего поведанного Червоным следовало, что он через Моськина скупил абсолютно всё имущество Кравеца. При этом с Моськиным он не знаком, но по его просьбе хранил гараж на своем участке. Ясно было, что он лукавит и многого не договаривает. Ясность в суть происходящего внес тот самый тракторист, которого упомянул в своем объяснении Червоный.
В процессе общения с трактористом Ульрихом была поставлена окончательная точка. Он, как лицо незаинтересованное, сразу сообщил Максу, что железный гараж от дома Кравеца им был сразу оттранспортирован на участок, принадлежавший матери Моськина. О том, куда его везти, говорил пристав-исполнитель Марков, а уже при установке его на участке присутствовал сам Моськин.
Таким образом, в ходе дальнейших оперативных мероприятий была задокументирована преступная деятельность начальника отдела судебных приставов Моськина и его подчиненного пристава-исполнителя Маркова. В отношении указанных лиц было возбуждено уголовное дело по статье 285 УК РФ51, ставшее очередной статистической «палкой» в личной оперативной копилке Макса.
«Сердце девичье верило, сбудется, в жизни счастья настанет пора. Но не верила Роза, что влюбится по уши в молодого вора». Первыми строками известной песни Михаила Круга весьма точно можно описать ситуацию, случившуюся в небольшом городке, где проживал Максим.