Подтвердив, что необходимо закончить опрос Стечкина, Максим подтвердил, что тому необходимо прибыть к нему в отделение. Пока Вася добирался до отделения ФСБ, в его голову пришла великолепная идея воспользоваться статьёй 51 Конституции РФ. И в результате на бланке опроса, кроме его установочных данных и росписи в ознакомлении с порядком дачи пояснений по интересующим вопросам, ничего не появилось. Тем не менее, как гласит русская пословица: «Шила в мешке не утаишь», и слух о том, что Васю Стечкина приняли фэйсы, быстро разлетелся по отделу. Первым Максу позвонил опер Вовка Гринев. «Слушай, Макс, а че вы Васю Стечкина приняли?» – спросил он. «Вова, ты же всё лучше меня знаешь», – пошутил Макс. «Да знаю конечно, – ответил тот. – Просто этот Васёк легенду о том, что пограничник, чётко поддерживал. На каждый День пограничника в сопли напивался, однажды даже на улице у кафешки уснул». «Спасибо за информацию, – отшутился Макс, – учту».
При оформлении Максом документов по Стечкину на передачу в следственный комитет раздался звонок сотового телефона. Это был опер из ВКР, который сообщил о результатах проверки изъятых материалов. Ему удалось установить, что Стечкин в процессе прохождения призывной комиссии был признан негодным к службе. Соответственно, имеющийся у него военный билет содержит недостоверные сведения. Подоспевший к этому времени ответ из архива также подтвердил этот факт.
Исходя из того, что преступление по статье 327 УК РФ не является тяжким и имеет срок давности, Васе Стечкину в этом смысле повезло, осужден он не был. Но в результате проведенного внутреннего должностного расследования он был уволен из органов МВД.
Судебные приставы-исполнители еще одна категория коррумпированных субъектов, с которой пришлось столкнуться Максу. Приняв в свое оперативное обеспечение один из населенных пунктов на время командировки своего коллеги в другой регион с горной местностью, Макс изучил его оперативную обстановку. Провел несколько встреч с оперативными источниками, которые могли более или менее внятно осветить реальную картину происходящего. Так как в городе дислоцировался отдел судебных приставов, выбор Макса упал именно на него. Зная не понаслышке, что приставы-исполнители нередко мухлюют с арестованным имуществом, Макс отработал задание по сбору возможных компрометирующих данных в отношении начальника указанного отдела Моськина, а также о его ближайшем круге лиц, которые могут участвовать в незаконной схеме реализации арестованного имущества. Уже на второй встрече с источником Макс помечал в своем блокноте выдаваемую агентом информацию, пытаясь вникнуть в тонкости. Агент подробно излагал сведения, ловко оперируя профессиональными терминами, так как был близок к среде разрабатываемых лиц. Поэтому Макс и вел с ним диалог под запись, постоянно прерывая его уточняющими вопросами. В заключение Максом был отмечен достаточно высокий уровень источника, его умение в короткий срок выведать интересующую информацию. После того, как встреча закончилась, Макс подвел ее итог. Было установлено, что начальник отдела УФССП России50 Моськин, злоупотребляя своими должностными полномочиями, завладел подлежащим реализации железным гаражом, ранее принадлежавшим гражданину Кравецу. Чтобы завуалировать данную процедуру, документальное оформление было осуществлено на его близкого родственника.