В это время мы заинтересовались серьезным делом. Ростовский торговый дом Переселенкова должен был получить из Москвы семь ящиков ценной мануфактуры, но оказалось, что весь этот груз похищен в Ростове по подложным накладным железной дороги, о чем поступило заявление в сыскное отделение. Рассмотрев накладные, установили, что печатные бланки накладных подлинные, а все вписанное – подложно. Эти железнодорожные бланки находятся под отчетом, хранятся в отдельных шкафах, к которым не только посторонняя публика, но не все служащие железнодорожной конторы имеют доступ. Похитить такой чистый бланк, вписать в него подложно отправляемый груз, указать знаки, номера те же, что в первом экземпляре накладной, мог только железнодорожный служащий, хорошо знакомый с порядками и делопроизводством. Это было проделано в Москве, а в Ростове груз получил соучастник.
Задумано и выполнено хищение дерзко и ловко. Телеграфировали о происшедшем в Москву, где началось расследование, чтобы обнаружить виновных в совершении подлога, а на нашу долю выпало разыскать товары и лицо, получившее их в Ростове. Из допроса служащих в товарной конторе, выдавших мануфактуру, и из осмотра накладных узнал, что для получения груза требуется представление накладной, точная копия которой следует с товаром, и если накладная выдана на предъявителя, то товар получает держатель накладной, который расписывается в получении груза. В данном случае накладная была на предъявителя. В получении товара расписался Иван Тречихин. Мне было интересно узнать, вывезены ли были все семь ящиков с вокзала в город и не отправили ли их дальше, чтобы замести след?
Эти сведения мне дали, причем оказалось, что три ящика с теми же марками и номерами отправлены в Армавир, а четыре ящика вывезли в Ростов. Розыск, таким образом, несколько облегчался. Армавир небольшой город, и если мы там откроем след, то можно надеяться на успех в дальнейшем. Поручив агенту искать ломового извозчика, вывезшего из товарного двора вокзала в указанный день четыре ящика с товарами, отправил другого агента в Армавир, дав ему нужные указания. Я был уверен, что вывезшие товары в Армавир считают себя в полной безопасности, почему накрыть их будет нетрудно.
Они, надо полагать, думают, что розыск сосредоточится в Ростове и вряд ли сыщики догадаются о дальнейшей переотправке товаров. Итак, в Москве проделали все нужное для возможного похищения товара в Ростове. Продать спешно дорогой товар в относительно большом количестве не так легко, хотя Армавир и особенно Ростов бойкие торговые пункты.
Через несколько дней агент вызвал меня в Армавир. Рано утром я был на месте.
Рис. 35. Армавир. Общий вид на город. Дореволюционная открытка.
Агент мне сообщил, что в Армавире ему дали в помощь дельного околоточного, большого любителя сыска, сметливого, энергичного. Они установили, что товар получен Ильей Коноплевым, фамилия в Армавире неизвестная, по тщательному розыску такого жителя не оказалось. Никто из ломовых извозчиков в ближайшие дни не вывозил трех ящиков с вокзала.
Агент навел справки в почтовой конторе о полученных заказных письмах из Ростова в течение этих дней, предполагая, что накладную на товар, сданный в Ростове, переслали почтой в заказном письме соучастнику, но такого пакета не было. Тогда агент и его сотрудник пришли к заключению, что накладная была привезена в Армавир лично соучастником, который сам получил товар, передав его по назначению.
Для проверки этого предположения агент и его сотрудник обошли немногочисленные в Армавире гостиницы, проверили приехавших в течение этих дней и выяснили, кто эти приезжие, с кем они встречались, узнали, по каким делам эти лица приехали. Большинство приезжавших были известны в гостиницах, и только двое появились в Армавир впервые. Один прожил сутки и уехал по направлению во Владикавказ, а другой, по фамилии Слюсарев, живет поныне в «Европейской» гостинице. За Слюсаревым установили слежку, причем дознали, что он ежедневно встречается с местным жителем Куломьянцем – человеком с подмоченной репутацией. Он когда-то судился за покупку краденого, но был оправдан.
Куломьянц занимается комиссионной продажей товаров, скупает в больших городах товары на распродаже, имеет собственный дом, лошадь, дроги. Разобравшись в этих сведениях, я решил тронуть Слюсарева. Пошли к нему. Было утро. Слюсарев что-то писал. Увидав местного полицейского, он пытался скомкать почтовую бумажку, но агент, по моему знаку, взял его за руку и отобрал написанное.
