Люди начала хаотично двигаться к выходу, громко разговаривая между собой, и освещая всё вокруг фонариками телефонов. Спустя несколько минут гости с шумом покинули квартиру, на ходу обсуждая локацию для продолжения праздника. Валентин бегал с этажа на этаж, громко ругаясь с соседями, и таская кого-то за руку, показывая следы воды на стенах и полу, на котором уже почти вдоль всей комнаты были набросаны тряпки и полотенца, чтобы вода не протекала дальше и не нанесла больше последствий. Антон тем временем, наблюдая за всей картиной, тихо уснул в объятиях собаки, пока родители на четвереньках вымачивали воду в комнате.
***
Яркие солнечные лучи заполняли комнату. С прошлого вечера везде валялись куски салфеток и стояли пустые и недопитые бокалы с напитками. Стол пестрил остатками былой роскоши, среди которых гордо расхаживал пёс и выбирал всё что ему нравилось, пока хозяева спали на диване в дальнем конце комнаты. Звон тарелок прервал крепкий сон хозяйки, которая, еще не совсем понимая, что произошло, в полудреме крикнула: «Иди сюда Диксон», и пёс, создавая еще больше шума, начал быстро покидать стол. Следом проснулся Валентин, и не произнося ни слова, окинул взглядом последствия вчерашнего подтопления: часть обоев просто лежала на полу, оголяя стену, и лишь полоса, на которой висела картина, гордо держалась на креплениях.
– Да блядь, неплохое вышло новоселье. Не так я себе это представлял. Наверно всегда, когда пробуешь что-то новое, всё происходит не так как запланировано. – немного разочаровано пробормотал Валентин, и обернувшись заметил Антона, сидящего рядом на диване с собакой в руках.
– Да ничего пап, мы их назад приклеим. Смотри, она же все целые, – неунывающе крикнул пацан, и побежал поднимать обои с пола.
– Нет сын, это так не работает. Мы, конечно, могли бы их приклеить на место, но они уже никогда не будут как прежде. На них уже был нанесён клей, они были отмеряны и отрезаны, в них был вложен труд и время, и они должны были радовать. Сейчас они уже утратили первозданную красоту, пусть и по независящим от них причинам, и, если ты их вернешь на место, иногда они будут напоминать тебе об этом потопе. Так же и у тебя в жизни будет еще много ситуаций, и я рад, что ты хочешь дать им второй шанс, но я бы тебе не советовал.
Антон задумчиво и немного растерянно смотрел на отца, держа в руках кусок обоев, и Диксон радостно пытался играть с ребенком, громко шурша по полу.
– И что же мы будем делать?
– Как что? Купим новые.
– А эти куда?
– Выбросим. Вдруг кому-то пригодятся. Ведь для кого-то у них будет первый раз.
Долина
Дорога… Что вы знаете о дороге?
Я, например ничего не знаю о дороге, так как я купил машину только год назад, и наездил по хуёвым дорогам всего лишь 15000 километров.
Это хорошо или плохо? Этого достаточно, чтоб понимать, что там происходит? Многие водители скажут, что это вообще ниочём, и, выкурив пару сигарет, расскажут, как они начинали свой водительский путь. Я всегда с интересом слушаю их сказки, так как не известно, за каким поворотом тебя ждет мусор, или валяется ржавый гвоздь. Думаю, я всю жизнь буду ездить по дорогам, и не важно в каком качестве: водителя или пассажира. Меня дорога любит, ну, мне так показалось. Это как с людьми: когда ты хороший – к тебе все тянутся хорошие, когда ты говно – то липнет только говно. В жизни мне встречались разные люди, хорошие и не очень, и в один момент я понял, что нужно что-то менять. И это что-то оказалась квартира, которая досталась моей матери от дядьки. Мать была против моего переезда, так как в семье ходили очень разные слухи о моём покойном дядьке, но ситуация на работе и в жизни требовала перемен, и отговорить меня уже было нереально.
Дорога к новому дому предстояла трудная. Путь проходил через ужасную трассу с холмистой местностью, которая больше была похожа на полосу препятствий вперемешку со стиральной доской времен 70-х годов. Склоны холмов напоминали американские горки и выглядели очень красиво: оранжевый песчаник с разными оттенками придавал дороге завораживающий эффект: как будто ты едешь по цветному тоннелю, который постоянно меняет цвета, от оттенков оранжевого к желтому, и далее к более красным тонам, и лишь голубая даль неба позволяла выходить из этого гипноза, и реально понимать происходящее вокруг.
