Вообще, я считаю, что государство должно ужесточить меры наказания за «бытовое» насилие и серьезнее контролировать ситуацию, поскольку отношения в семьях, где мужчина бьёт женщину, со временем, перерастают в своеобразную гонку: кто быстрее убьёт своего партнёра! По этапам ездило не только очень много женщин, убивших своих мужей за рукоприкладство, но и мужчин до смерти забивших своих жен.
Но есть категория убийств, распространённых среди женщин, которых я практически не встречал в мужских зонах. Это убийства своих малолетних детей. Конечно, мужики тоже лишали жизни своих отпрысков, но они убивали, в основном, уже взрослых детей во время совместных попоек или когда те забирали пенсию у стариков.
У женщин же, наоборот: они, преимущественно, лишали жизни новорожденных и маленьких детей, которых либо выкидывали, либо душили. Чаще всего, это делали молодые матери-одиночки, случайно забеременевшие, упустившие время для аборта, и абсолютно не знающие, что предпринять дальше. В женских зонах их презирали и «опускали», делая «ковырялками» (сродни «опущенным» в мужских лагерях – самой низшей касте, из названия понятен род их основных занятий).
Вторая по популярности категория преступлений была наркоторговля. По этой статье сидели либо цыганки, либо молодые, так сказать, «клубные» девушки.
Как мне рассказывали зеки, торговля наркотиками у цыган была поставлена своеобразно: зелье в семьях обычно продавали женщины и дети. И даже, если продажей занимались мужчины, вину на себя старались взять жены, многие из которых отправлялись в тюрьму, как на работу.
В женских зонах, как и в мужских, есть строгое разделение на касты. Как мне рассказывали зеки, это «воровайки» или «блатнячки», "коблы", «помойницы» и "ковырялки".
По рассказам тех же зеков, в женских камерах СИЗО и зонах гораздо больше жестокости и беспредела, чем у мужчин. Возможно, это связано с большей эмоциональностью женщин, которая таким истеричным образом вырывается наружу, но и унижения, и сексуальные домогательства, например, к «ковырялкам» у дам гораздо более жестокие и изощренные.
Сами зечки в разговорах не скрывают, что у них распространены лесбийские отношения. Иногда «коблы» (активные лесбиянки, практически мужики в юбках) заводят себе целые гаремы из «ковырялок», которых потом ревнуют, и из-за которых выясняют отношения. Женщинам нужны любовь, чувства и эмоции, нехватку которых таким извращённым образом они пытаются компенсировать.
Насколько я знаю, переход из низших каст в высшие у женщин также невозможен, как и у мужчин.
Женщинам в тюрьмах очень не хватает мужского тепла, поэтому, например, когда зечке приходит посылка, охранники режут колбасы, огурцы, морковь небольшими кусками. Женщины же составляют их обратно, складывая в пакеты.
Бывало, летом в СИЗО мужики, приезжая из ИВС, куда их возили на допрос к следователю, рассказывали, как милиционеры, чтобы не было так душно в камерах, открывали «кормушки» (небольшие окошки в дверях, куда подают пищу). И, если напротив сидели женщины, то они с радостью демонстрировали то, за что в стриптиз-клубах отдают большие деньги. Взамен они хотели увидеть лишь одно, что зеки охотно им показывали.
На Володарке огромное количество женских «маляв» (записок), которыми обменивались зеки по «дороге» (межкамерная связь) были любовными. Мужчины находили себе «подруг» в женских камерах и между ними завязывались бурные романы по переписке.
Одна зечка могла флиртовать с огромным количеством мужиков. В письмах все они были молодыми и прекрасными гуриями, но чаще всего подобными переписками занимались прошедшие не один срок, старые, прожженные и повидавшие жизнь тетки. Хотя и мужики, в основном, были им под стать.
Кроме планов на светлое будущее, дамы слали в письмах свои эротические фантазии, которые зеки берегли и читали за шторкой в специально отведённом для этого месте.
Многие женщины в зоне всеми силами старались забеременеть, поскольку дети – это наиболее надёжный способ попасть под амнистию и уйти на условно-досрочное освобождение. Про соблазнения охранников сказано и написано много. Но вот о том, как зеки, начитавшись женских откровений, запаивали в пакетики и отправляли своим «возлюбленным» то, что получалось после чтения, а те использовали эти пакеты в попытках «залететь», знают немногие.
Судьба у детей, которых родили лишь для того, чтобы поскорее освободиться, в большинстве случаев незавидна. Конечно, были женщины, у которых материнский инстинкт побеждал. Но хватало и тек, которые, освободившись, оставляли детей на вокзалах, около приютов или просто бросали, где придётся, ведь многие до посадки были пьяницами и алкоголичками, а от этой слабости тюрьма редко избавляет.
