- Как скажешь, Викентий Петрович,- пожимает плечами Антон, пытаясь прихлопнуть веками свои округлившиеся глаза, но лишь икнул и неожиданно заржал как лошадь:- Ты словно сметаной отожрался, подбородок белый, а всё лицо – коричневое.
- Потемнеет,- отмахивается Викентий Петрович,- главное чтобы человек был хороший. Верно, Антоха?
- Это точно,- живо поддерживает его тот.- А ты как, надолго … в мир, или как?
- А это как бог подскажет. Виктор где?
- С Ниной шалаш утепляет.
- Это правильно, женщине в интересном положении необходимо тепло,- кивает Викентий Петрович.
- В каком положении?- не расслышал Антон.
- Ну, она же интересная женщина,- спохватился Викентий Петрович, сам того не желая, едва не выдав чужую тайну. Хотя, какая тайна, скоро свой живот Нина не скроет.
- Да, тётка она классная,- с почтением шлёпает губами Антон, но Янка моложе,- с неким вызовом произносит он.
- Да кто ж спорит!- хохотнул Викентий Петрович. Он, по-дружески хлопает по спине Антона и идёт сквозь лагерь. Оглядывает незаконченные строения, хмурится, ведь совсем ничего осталось, крыши застелить и можно новоселье отмечать. Чуть-чуть не хватило, жаль. Теперь все брёвна на забор уйдут, но что делать, это сейчас важнее.
Ночь в разгаре, дымятся угли в затухающих кострах, из палаток доносится сопение и храп, почти все спят кроме выставленных постов. За день люди умаялись, работают на износ, темп на гране человеческих возможностей, ведь надо быть не только строителями, но и тренироваться как гладиаторы. Даже Гурий, постоянно доказывающий, что лучшим способом ведения военных действий, это дипломатия, а не лук и стрелы и тот овладел дубиной и отмахивается ею достаточно прытко от разящих тычков тупых концов копий. Метод тренировок Викентий Петрович избрал достаточно жёсткий, не увернулся – получай во всю дурь. На первых порах было много травм и даже весьма серьёзных, но затем возросшее мастерство свело все эти мелкие неприятности почти на нет. Особой гордостью для Викентия Петровича, это его два вертящихся тренажёра с цепями, летающих на различных уровнях. Вскоре он хочет на цепи приделать топоры, чтобы «жизнь мёдом не казалась». Ну, если серьёзно, он считает, что именно в смертельной опасности оттачивается настоящее боевое мастерство. Невероятно удивляет Виктор, у него какое-то безумное свойство организма, он учится невероятно быстро и условные рефлексы закрепляются как безусловные.
Викентий Петрович, неслышно приблизился к шалашу и словно слился со скалой, наблюдая, как слаженно работают Виктор и его удивительная женщина с грацией дикой кошки. Нина подносит охапки сена, а Виктор прутьями прижимает их между основными балками, стараясь, чтобы стебли ложились вертикально крыше. Что-то они сегодня завозились, очевидно, день был насыщенный до придела, а лезть в палатку им не хочется, всё же они полноценные муж и жена, Викентий Петрович недавно провёл обряд венчания.
Виктор слегка замедляет движения, словно почувствовал взгляд и действительно, говорит:- Что замер, Викентий Петрович?
- Зови меня Виком,- усмехается Викентий Петрович.
- Божий знак получил?- Виктор оборачивается и улыбается вовсю ширь лица, увидев белые щёки и подбородок своего друга.
- Ой, что это с вами?- роняет сено Нина.
- На тропу война вступил, в колючем кустарнике борода может запутаться,- шутит Викентий Петрович.
Нина оценивающе оглядывает его:- Я думала вы старше.
- Это плохо?
- Забавно.
- Значит, Вик,- Виктор хлопает его по жилистому плечу.
- Меня так в спецназе называли. А ты как почувствовал, что именно я подошёл?- любопытствует Викентий Петрович.
- Просто понял и всё. Хотя,- задумался Виктор,- ночная цикада на дереве замолчала, значит, кто-то её спугнул. Шагов не слышал, так бесшумно в лагере можешь передвигаться лишь ты.
- А если это был враг?- с некоторой иронией спрашивает Викентий Петрович.
- Агрессии не чувствовал, одно лишь нахальное любопытство,- улыбается Виктор.
- Чудесно. Наконец-то ты становишься настоящим профи.
- Учителя хорошие,- не думая льстить, обыденным тоном произносит Виктор.
- Нет, здесь что-то другое … хотя и учителя первоклассные тоже,- с самодовольством говорит Викентий Петрович и пытается по привычке пригладить несуществующую бороду.
- Когда уходишь?- Виктор в упор глянул в глаза Викентию Петровичу и неожиданно невозмутимый спецназовец чувствует дискомфорт, словно его вывернули наизнанку и швырнули как тряпку, с таким взглядом он в жизни ещё не сталкивался, даже у тигра он проще.
- Завтра под вечер,- Викентий Петрович с немалыми усилиями выдерживает его взгляд.
- Кроме тренера ещё будешь брать людей?
- Нет, с Николаем мне будет проще, другие мешать будут.
- Как знаешь,- Виктор крепит ещё один пласт сена.
- Уютный шалаш, получается,- вздёргивает подбородок Викентий Петрович,- почти как юрта.
- На одну комнату, но большую,- хмыкает Виктор.
- С милым и рай в шалаше,- тоскливо вздыхает Нина.
- Как разгребём дела, с забором закончим, вам дом построим в первую очередь.
- Это по блату или как?- ухмыляется Виктор.
