Запрещенные слова. Том первый полностью

Мне почему-то абсолютно не кажется, что там может быть какой-то дикпик в формате «вживую». Мужчина, читающий Ницше и так явно от себя кайфующий, точно не нуждается в том, чтобы совать каждой девочке из интернета фото своего достоинства. Теперь, когда я в курсе, что он еще и байкер, становится очевидно — от недостатка женского внимания Шершень точно не страдает. Даже странно, что вместо того, чтобы искать реальную подружку, он уделяет мне целый вечер субботы. Хотя, может она у него все же есть? Мало ли что он там сказал насчет «не женат, не в отношениях».

Я какое-то время просто смотрю на черный экран, а потом все-таки набираюсь духу и нажимаю на проигрывание.

На видео — мужская фигура сидит верхом на байке.

Огромный, массивный мотоцикл, матово-черный, выглядит как зверь в засаде.

Я все так же ничего в этом не понимаю, но почему-то кажется, что это не просто байк. Это — Король байков, потому что реально крупный. И выглядит агрессивным даже просто стоя на подножке.

Взгляд фиксируется на мужчине.

Я знаю, что это Шершень. Он весь в экипировке. В расхлябанно расстегнутых перчатках, которые продолжают держатся на руках. В плотной куртке с прорезиненными вставками и парой ярко-белых тонких как лезвие косых вставок в районе ребер. Кожаные штаны на каких-то просто бесконечных длинных и мускулистых ногах. Тяжелые ботинки. Шлем с зеркальным ярко-оранжевым визором не дает разглядеть лицо.

А потом я просто вижу, что он делает.

Медленно проводит ладонями по баку. Плавно, очерчивая контуры.

Не спеша. Как будто этот металл под его руками — женская талия, изгиб бедра.

Чуть сильнее сжимает пальцы, наклоняется вперед и медленно толкается бедрами.

Так… плавно.

Так… сексуально, как будто в его теле нет костей, как будто мышцы под его кожей перетекают волной.

И это очень пОшло. Как будто не просто движение.

Как будто он двигается внутри и глубоко.

И в тот же миг мотор заводится.

Тихий, густой рык мотоцикла прокатывается через экран прямо по моим пальцам.

Господи боже, да я физически ощущаю этот звук через ладони!

Мотоцикл дрожит.

Шершень, наоборот, абсолютно расслаблен. Только на последней секунде видео поворачивает голову в камеру.

Я срываюсь с дивана.

Просто вскакиваю, как ошпаренная.

В эту секунду в голове только одна мысль: я больше никогда не возьму в руки этот проклятый телефон!

Ноги предательски дрожат.

Какой к черту Джереми Айронс?!

А самое главное — мне даже предъявить ему нечего, потому что разглядеть что-то под всей его экипировкой было абсолютно невозможно.

Он все еще аноним, мой Шершень.

Только теперь я знаю, что он высокий, мускулистый, у него широченная спина и длиннющие ноги, а еще — мощная задница. Боже, я этот толчок вперед так остро ощущаю между собственными бедрами, что приходится униженно сползать на пол, сжимать колени и перехватывать их руками.

Динь.

Я дергаюсь, как будто получила по рукам, потому что в первую секунду хочется схватить телефон.

Терплю, пытаюсь взять мысли под контроль.

Это было просто видео, что такого? Шершень выделывается, но он делает это буквально с первой минуты нашего общения. Просто в этот раз он выделывается не своими блестящими мозгами и начитанностью, не сыпет философскими размышлениями, а тычет мне в нос своим тестостероном.

Я медленно сцеживаю напряженный воздух тонкой струйкой через рот.

Обещаю себе не поддаваться на провокации.

Разблокирую телефон все еще дрожащими пальцами.

Hornet: Тебе точно не нужен массаж сердца и пара кубиков адреналина, Хани?

Hornet: Такое многозначительное молчание…

Он даже не пытается скрыть, что откровенно меня расшатывает.

Я: Ходила пописать, раз ты так жаждешь подробностей.

Я: А тебе просто нравится выпендриваться. Мотоцикл очень большой. И красивый.

Hornet: Я ему передал, он, кажется, покраснел от похвалы.

Hornet: Раз ты в настроении для подробностей, расскажи, что ты увидела.

Я: Ну нет, так не интересно)) Оставлю тебе пространство для фантазии!

Hornet: О, Хани, не искушай меня так.

Hornet: У меня с фантазией все прекрасно))

Я тихо смеюсь.

И тут же кусаю губу.

Боже. Почему мне так нравится этот разговор?

Я: И давно ты этим занимаешься?

Hornet: Гоняю или возбуждаю женщин на расстоянии?

Я молчу секунды три. Физически чувствую, как мои прекрасно выстроенные личные границы конкретно прогибаются под его сумасшедшим натиском. Но продолжаю разрешать ему это делать. И даже, страшно признавать, наслаждаюсь процессом.

У меня же карт-бланш — могу просто закончить разговор, даже ничего не объясняя.

Могу заблокировать.

Могу вообще его послать.