– Дори! Есть дело. Юви будут искать. А если она придет в себя и застонет?
Доримена нахмурила зеленые бровки. Пришлось ее довольно долго уговаривать, чтоб она выпустила снотворные бутоны. Дриада обиделась, что самое интересное она пропустила. То, что она сама отказалась идти, ее не волновало.
– Получается, ты была права, другие девушки тоже где-то здесь, – она залезла руками в фонтан и брызгалась, как ребенок. Сказала, что ей необходимо смыть неприятные впечатления от неприглядного вида Юви.
– Там, где мы были, на верхнем этаже, – уверенно ответила я. – Но охрану наверняка усилили, теперь не только живые охранники, но наверняка и сигналки поставили везде. – Разве что со стороны бассейна зайти? Ты с рыбками как, найдешь общий язык?
– Марина, тебе что, больше всех надо?
– Мне? – удивилась я.
– Почему не пойти к Рузелле и не рассказать все?
– А ты уверена, что она не в курсе? – хмыкнула я. В таких вещах начальство всегда в доле. Чтоб настоятельница не знала, что творится у нее в Обители? Да ей каждая первая послушница стучит!
– Но она же настоятельница! Магиня! – изумрудные глаза дриады вытаращились на пол-лица.
– И что? Патер Певериль тоже маг, как бы не архимаг, если такое сотворил. И отец Аллас, он порталы строит в другие миры щелчком пальцев!
– Она давала клятву не вредить миру! Иначе ее сила пропадет! Как ты не понимаешь! Стихии не позволят! У тех, кто вредит миру, каналы ссыхаются.
– А она не вредит миру. Своему, – подчеркнула я. – Она трудится на благо Обители. Как и отец Певериль. Как все патеры, матери и послушники. Кто скажет иное?
– Ты говоришь ужасные вещи! – дриада надулась.
– Ужасно то, что сделали с Юви. И делают с Адель и Магдой.
– А какие там рыбки? – задумалась дриада.
– Хищные. У нас их называют мурены, – ответила, скрыв улыбку.
– Могу отравить воду, – предложила Доримена, пожав плечами.
– Дриады могут? – Изумилась я. Вот тебе, и экология! Вот тебе и вечнозеленый мир всеобщего благоденствия!
– Не навсегда и не сильно. Рыбки поспят, – хихикнула Доримена.
На дело решили идти завтра. У меня глаза слипались и тело ломило от ночных упражнений. Я хоть одну ночь высплюсь нормально?
Не выспалась.
Несмотря на сонник от дриады, Юви металась, плакала во сне, царапала стенки сундука, примерно каждый час я вставала, выпаивала по ложечке микстуры, меняла мокрую тряпку на лбу. У пантеры поднялась температура, и я была готова молиться кому угодно, чтоб она не поднималась выше. Иначе придется звать целительницу, а это конец конспирации и моим планам.
Неудивительно, что я выглядела и чувствовала себя, как свежеподнятый зомби из очень старого захоронения. Вот теперь я ощутила всю прелесть ночных бдений с младенцем. Мне на работе рассказывали, но я не особенно сочувствовала. Сейчас прониклась в полной мере. Это же ужас! После такой ночи требовать от женщин домашней работы или упрекать ее в безделье – верх жестокости. И это одна ночь! А если это происходит на протяжении месяца? Трех? Полугода? Да ни за что! Никогда! Правильно, что я не завела ребенка. Я бы с ума сошла. Бывают спокойные дети, не спорю, но кто гарантирует, что у меня получился бы именно такой? Нет-нет-нет! Без любящей бабушки, без мужа, без родственников, растить и воспитывать ребенка одной, да еще и зарабатывать при этом, настоящий подвиг и подлинный героизм. А если детей не слишком любишь, то мученичество.
Ведь сегодня состязания за меня, а у меня полное отупение. Поединки за Доримену я просто проспала, сидя с открытыми глазами.
Ориэлла с ревнивой ухмылкой осматривала кандидатов в мои мужья. Вышедший на ринг наг вызвал у нее припадок ярости. Пара гномов, орки, вампир, один эльф. Нет, определенно, подборка собралась не хуже, чем у других невест. У меня от недосыпа звенело в голове, и я без всякого интереса пялилась на арену, мечтая, чтоб все это быстрее кончилось. Спать хочу!
– Да что с тобой сегодня? – дернула меня за руку Синтия.
От неожиданности я покачнулась и чуть не упала на нее.
– Спала плохо, – попыталась улыбнуться. – Кто победил?
– Никто! – прошипела Ориэлла. – Осталось три победителя, и настоятельница Рузелла не знает, кому отдать престарелую иномирянку. Завтра будет выбор богов.
– А, ну хорошо, – моргнула я.
– Тебе что, совсем не важно, кто победит? – Возмутилась Геро.
– Нет, – я зевнула.
– А твои коты не участвовали! – с торжеством в голосе пропела Ориэлла. – Князь Эйшуруг снял заявку!
– Разве он обязан участвовать? – Равнодушно удивилась я.
Но внутри стало так вдруг горько. С чего бы? Бывает ведь необъяснимая антипатия у человека. Или кота. Ты к нему, а он от тебя. Ничего не поделаешь. Судьба. Как ни страдай, ничего не изменится.
– Тренируешься змеей быть? – спросила Синтия. – Зато твой шипящий в носках поучаствовал!
– Шепчущий в песках! – Взвилась Ориэлла. – Как ты смеешь!
– На его месте я бы выбрала Марину, а тебя тут оставила, – добавила Руперта. – У нее характер хороший, она в гареме уживется, а вот ты – еще вопрос.
С трудом, но я включилась в обсуждение. Какой еще гарем? О чем они?
