Циглер сходил за звездой, которая все это время лежала у него в комнате, в тайнике. Не зря он подумал, что это ценная вещь!
– Да, вот она. – Он протянул артефакт графу. Тот поспешно выхватил звезду и принялся вертеть ее в руках, словно впервые увидел. – Для чего она нужна?
– Это часть ключа, открывающего путь к Нефертуму, – отозвался граф. – Эйлит должна была добыть вторую часть, но, кажется, у нее ничего не вышло.
Внутри Эрика все похолодело. Так вот зачем им нужна была девчонка-чудовище! Чтобы добыть какой-то дурацкий артефакт! И ради чего? Ради детской сказочки про истинного божественного сына! Нефертум!
– Он находился на острове, покрытом старящим туманом. Эйлит вошла в туман и обратилась в монстра. Напала на меня, оставила подарочек, – граф указал на свою спину, – на память. Мы спешно уплыли, думая, что она останется на острове, но Эйлит поплыла за нами. Неделю я пробыл в Бисной гавани, приходя в себя. Она все это время выжидала. Была умнее, чем обычное чудовище, и пряталась от патруля. Когда я наконец смог держаться в седле, мы выехали обратно в Марый острог. Эйлит напала на нас по дороге. Всех убила. Если бы не Айра, я бы тоже погиб. Все-таки этот конь чертовски хорош.
– Значит, все это путешествие было лишь ради какого-то Нефертума?!
– Я тоже был не в восторге, – усмехнулся граф и почесал грудь, густо покрытую седыми волосами. – Но наместник настоял. Он видел в Нефертуме исцеление для себя. Я же видел исцеление для аматов, поэтому согласился. Теперь это не имеет никакого значения.
– Исцеление для аматов?..
– По легенде, лишь Нефертум может подарить чудовищам божественную милость, – терпеливо пояснил Теодор. Затем с легкой грустью в голосе добавил: – Я не знаю, правда ли это, но я был готов на все, чтобы помочь несчастным.
Эрик вспомнил портрет, поставленный в угол. Его жена и дочь… аматы, и обе погибли. Конечно, он готов на все. Эйлит, скорее всего, тоже знала про Нефертума, она согласилась, потому что тоже хотела помочь. Наверное, на их месте и Циглер был бы готов заплатить любую цену, лишь бы прекратить все эти бессмысленные смерти. Лишь бы люди перестали превращаться в чудовищ.
Эйлит погибла, надеясь спасти всех аматов. Он слабо верил в то, что их и вправду можно спасти. Однако, знай он наверняка, захотел бы продолжить ее путь? Эрик не знал. Но если бы граф спросил его, то точно бы согласился. Он готов отдать все, только бы наконец-то покинуть Марый острог.
– Что вы намерены делать дальше? – спросил он после некоторого молчания, воцарившегося в кабинете.
– Не знаю, – просто ответил граф и пожал плечами. – Я хотел бы продолжить поиски, конечно. Однако все эти раны сильно пошатнули мое здоровье.
Ответить Эрик не успел: в кабинет ворвалась Ярмила с пледом.
– Мой граф, вы совсем простудитесь! – воскликнула она. – Вы с ума сошли, на полу сидеть в такой мороз!
– Уже встаю, – улыбнулся Теодор и, тронутый такой заботой, поднялся с пола. – Спасибо, милая, вели приготовить ванну. И мой бритвенный набор, пора бы привести себя в порядок. – Он потер подбородок с отросшей бородой. – Да, и не забудь про ужин.
Ярмила растерянно улыбнулась и беспомощно посмотрела на Эрика. За какое из всех этих поручений ей сперва взяться?
Циглер покачал головой. Он не имел ни малейшего представления, да у него полно и своих забот. Теперь, когда граф пришел в себя, а Эйлит погибла, Эрик все же хотел покинуть Марый острог. И поиски Нефертума – неплохой предлог. Тогда-то в его голове и созрел план, достойный, по его мнению, гениальности лучших умов Королевства. Он может отправиться на поиски Нефертума и заодно заглянуть домой!
– Вы правда верите, что Нефертум не выдумка? – осторожно спросил он, надеясь, что не выдаст себя. Хвост, чертов хвост начал вилять! Оставалось надеяться, что граф этого не заметит.
– Я ничего не думаю, – равнодушно ответил Теодор. – Все, что занимает мои мысли, – это хороший ужин и горячая ванна, Циглер.
– Я всего лишь хотел сказать, что готов взяться за поиски.
– Что, прости?.. – Лицо графа вытянулось от удивления.
– Как-то вы сказали мне, что я не должен упускать шанс изменить мир к лучшему. Для меня эти поиски – как раз такой шанс.
Некоторое время Теодор пораженно смотрел на него, затем отрезал:
– Ты?.. Да ни за что!
С графом всегда было трудно ладить. С самого первого дня, когда Эрик приехал в Марый острог, граф, который считал Циглера шпионом Магистерии, избегал его или давал дурацкие задания. Лишь спустя время он свыкся с тем, что в замке находится маг, и понемногу начал давать более существенные поручения, даже иногда посвящал обережника в свои опыты с кровью аматов или с грибом анкхом. И вот сейчас все словно вернулось на круги своя: граф снова подозревал его.
– Это приказ Варана? – ледяным тоном поинтересовался он. – Признайся, Циглер, это он надоумил тебя?
Эрик даже не нашелся, что ответить на такое заявление. Варан надоумил, конечно! Он что, тронулся умом?
– И не надо отрицать, Циглер. Я всегда знал, что вы с ним в сговоре!
– Мой граф, – так же холодно отозвался Эрик, – вы сами выбрали меня в качестве своего обережника.
