Отчего-то она не чувствовала страха, напротив, ощущала невероятный душевный подъем, как тогда, когда только села в кресло Канцлера. Впервые за все время в должности она чувствовала, что знает, как поступать. И дело было вовсе не во власти или политике, дело было в том, что для отца долг был свят, и для Ло – свят долг. И теперь ей, наконец, выпал шанс доказать это. Она изменит судьбу Королевства.
– Я все сделаю сама. Если ты не хочешь в этом участвовать, самое время уйти.
Лени сглотнула, переваривая услышанное. Ей было не по себе, и Ло прекрасно все понимала.
Тяжелое молчание заполнило комнату. Лени смотрела то на Лорианну, то на окно, за которым громко кричали вороны. Выбор был ей не по силам, и на морде Кисточки отражалось мучение.
«Солдат познается в сражении, верность – во время смуты» – так говорил отец и снова был бесконечно прав.
– Простите, миледи, – наконец сдавленно произнесла обережница и поднялась. – Простите, но я не могу.
Неудивительно.
– Прежде, чем ты уйдешь, поклянись, что не будешь мешать мне, – железным голосом велела Лорианна.
Лени судорожно кивнула и вышла за дверь. Леди-Канцлер снова осталась одна. Что ж, не привыкать.
Ехала без Лени, без ее безобидных вопросов и глуповатых шуток, в сопровождении двоих канцелярских солдат, зацепившихся за бока сверры, из-за чего тени приобретали странные очертания.
Для первого месяца зимы погода выдалась удивительно теплой и солнечной. К утру все вчерашние тучи растворились, и теперь небо, словно умытое кристальной водой, сияло ярче обычного. Глядя в эти удивительные небеса, Ло как никогда остро ощутила свое одиночество. Если у нее не выйдет, ее ждет позорная казнь, а Нефер захлебнется в крови.
Она извлекла пузырек, идеально помещавшийся в ладони. Это было важнее ее жизни и ее будущего, важнее всего на свете. Она не может проиграть. Не имеет права.
Ло убрала пузырек в потайной нагрудный карман. Благодаря золотой вышивке на платье, его совсем не было заметно. Когда Леди-Канцлер окажется в кабинете, то тайком отдаст яд Гвидо, чтобы тот смазал им кубок. Если верить отцу, Лорд-Магистр вознесется к звездам через несколько часов. Кровь станет густой, как патока, и сердце остановится. Ибексу пятьдесят восемь лет, так что смерть от сердечной болезни вряд ли покажется кому-то подозрительной. Яд не имеет ни запаха, ни вкуса, так что обнаружить его почти невозможно. Если все пойдет по плану, уже завтра Нефер будет оплакивать своего Лорда, даже не подозревая о том, от какой беды смерть Ибекса его уберегла.
Две луны – Ри и Ге – проглядывали сквозь золотые шпили башен Магистерии. В свете солнца луны казались двумя тоненькими, беспомощными льдинками, которые удерживали шпили башен, точно жадные пальцы.
Ло отказалась от предложенной солдатом помощи и уверенным шагом двинулась навстречу своей судьбе.
Гвидо распахнул дверь и сразу же побледнел, увидев Лорианну. Конечно же, он все понял.
– Лорд-Магистр ожидает вас, миледи, – дрожащим голосом сообщил слуга и судорожно сглотнул.
Ло без лишних слов протянула ему пузырек. Мгновение парень смотрел на него, не веря в происходящее, но потом сдался.
– Миледи… Прошу за мной.
Ло улыбнулась. Мальчишка даже не осознавал, что этот пузырек – ключ к его свободе.
Ибекс стоял возле окна, сложив руки за спиной. Во дворе резвились воробьи: возбужденно чирикая, птицы скакали по карнизу, греясь на теплых камнях.
– Вижу, ты решила произвести на меня впечатление, – усмехнулся Лорд и кивком головы указал на платье. – Что за повод?
Ло пригладила расшитую золотом ткань. «Не волноваться! Только не нервничать! Успокойся! Вот так, хорошо. Если ты не будешь спокойна, он сразу почувствует: тут что-то не так».
– Подумала, пора снова привыкать к платьям, – натянуто улыбнулась Ло и, изобразив смущение, коснулась кулона на груди. Когда-то давно это украшение подарил ей герцог Дильхейма, думая, что она согласится стать его женой.
– Что ж, я рад, что в твоей голове есть место и для твоих собственных мыслей, не только для отцовских. – Жестом руки Ибекс указал Лорианне на стол. – То, что мы делаем, Ло, имеет большое значение для всего Нефера. Наши личные убеждения тут не при чем.
– Понимаю, милорд. Поэтому я здесь.
Ибекс открыл потайной ящик и положил на стол приказ. Затем протянул Ло перо с позолоченным наконечником.
«…засим повелеваем назначить главу Королевской Инквизиции и начать немедленное выявление и уничтожение аматов среди людей…»
Семь подписей – семь вместо девяти. «Наместник гнева Альхорова, Варан» – пусто.
Что ж, через несколько часов это не будет ничего значить.
«Глава Королевской Канцелярии, Леди Лорианна де Гродийяр, графиня Аэнорская и раба Неферская, правая рука Альхора и его величества…»
Ло собралась с силами. Рука дрожала. Потребовалось несколько мгновений только на то, чтобы просто унять эту дрожь. Наконец она справилась со своими чувствами, склонилась над столом и фиолетовыми чернилами поставила размашистую подпись.
