Лорианна и сама рассмеялась, только вот ей было совсем не смешно. Взгляд Ибекса, безумный и даже похотливый, вызывал такое отвращение, после которого хочется содрать с себя кожу, лишь бы об этом забыть.
– Все равно не понимаю, чего вы так взъелись, – сказала Ло и сделала еще один, третий глоток. Непохоже, что она собиралась умирать. Либо Гвидо добавил яд не в тот кубок, либо яд не был ядом. – Уж не думали ли вы, что я решила вас отравить?
– Честно говоря, Ло, именно так я и думал. – Ибекс отхлебнул из ее кубка. – Считай, это была проверка на вшивость. Рад, что ты ее прошла.
Как она не догадалась сама? Старый козел помешан на преданности.
– И, раз уж ты на моей стороне, я скажу тебе одну очень важную вещь. Ты ведь знаешь, что статуи Альхора защищают наши города от появления чудовищ в них?
– Я читала об этом.
– Одна из причин, по которой нужна Инквизиция, – это именно они. Бога нет уже триста лет, и их магия скоро иссякнет. Мы все останемся без защиты, и Нефер погрузится в хаос.
Статуи Альхора… Только этого не хватало!
Как позже рассказал граф, Аэнор – древнее имение рода де Гродийяров – судя по картам, располагался далеко на юго-востоке, в Мирте. Туда вел королевский тракт, пронизывающий Нефер, как главная вена. Именно через него проходили все торговые пути и сообщение между столицей и провинциями. Именно там находилась Бъерна.
Никто ведь не узнает, если Циглер заглянет туда на обратной дороге, правда? Но не раньше, ведь сама Леди-Канцлер ждет Искру в Аэноре. Он должен встретиться с ней и рассказать про остров Клятый, где они могут найти вторую. Долг превыше всего. Даже семьи.
Запасов хватит на несколько дней пути, он как раз доберется до ближайшего поселения со странным названием Брусьян, который стоит на реке Брусь. Она течет с Марых гор прямо в Мерклое море. Там можно пополнить запасы в ближайшем храме, следующая остановка будет уже в Гауце.
Эрик спустился в темную кладовую, вскрыл замок и сложил немногочисленные пожитки в дорожный мешок, а затем принялся укладывать сумки с седла Айры. На кухне он взял мешок проса для рысака, для себя – головку сыра, сушеные яблоки, хлебцы, овсяной крупы и коровьего гороха, а также флягу с крепленым вином и бурдюк для воды.
– Орин сказал, что ты уезжаешь, – хмуро поинтересовалась Ярмила, заставшая его за укладкой еды в сумки.
Эрик вздохнул. Врать было бессмысленно, да и не хотелось. Однако и рассказывать правду ни к чему.
– Всего на пару месяцев, – уклончиво ответил Циглер. – По заданию графа.
– Ты не вернешься, – повторила она упрямо. – Мне так кости сказали.
– С каких это пор гадание на костях стало точно предсказывать будущее? – с сомнением спросил Эрик. Его всегда раздражала подобная ересь. – Даже Альхор не мог его видеть, а всех прорицателей велел казнить без суда.
– Кости никогда не врут! – возмутилась Ярмила. – Они предупредили, чтобы ты держался подальше от женщин. Женщины принесут тебе только неприятности.
– Значит, ты тоже принесешь мне неприятности? – с улыбкой поинтересовался Циглер.
– Я?..
– Но ведь ты женщина. Значит, это и к тебе относится, так? Или неприятности причиняют только определенные женщины? Имен кости тебе не назвали?
– Нет, – насупилась девушка. Похоже, ее сильно обижало то, что он ей не верил. – Просто помни, что я тебе сказала.
– А ты слушайся графа, пока меня не будет, – пошутил Эрик.
– Тут все лишь о твоем уходе и говорят, – улыбнулась Ярмила и стукнула его по плечу. Удар пришелся на недавно зажившие раны от когтей, и Эрик болезненно скривился. – Орин каждый день молится, чтобы хозяин тебя выгнал или чтобы ты сам сбежал. Тогда он обещал сплясать роггу!
– Спасибо за ценные сведения, Ярмила, – мрачно отозвался Эрик. – А теперь, ради Альхора, пообещай, что больше не будешь заниматься этой ерундой.
Она ушла, а он вернулся в свою комнату и лег на кровать. Комната, что стала ему домом за последние полгода, теперь казалась чужой, словно Циглер никогда в ней и не жил. Честно говоря, он до сих пор до конца не верил, что покидает Марый острог. Да, он молил всех богов об этом, а теперь, когда получил то, чего ждал, почувствовал опустошение.
Эрик достал волосы Сирши и нежно погладил их в надежде, что это даст ему какой-то ответ. Она ведь так хотела покинуть замок вместе с ним! Почему он до сих пор держит ее? Ей пора уйти. Циглер сжал кисть в руке и пустил через нее магический огонь. В то же мгновение все, что осталось от его возлюбленной, обратилось в пепел.
Вот и все.
В одном Ярмила была права совершенно точно: он не вернется в Марый Острог. А если и вернется, то уж точно не таким, как прежде.
Айра – оседланный, груженый запасом провианта в дорогу – уже ждал его у ворот. Поладить с конем оказалось той еще задачкой. Похоже, Варан своего зверя воспитывал по куфийским традициям, поэтому Айра не реагировал ни на удары пятками, ни на узду. Голоса он тоже не слушал. Куфийские всадники всегда ценили своих животных и, опасаясь конокрадства, дрессировали их так, чтобы лошадь воспринимала только определенные команды.
