Гвидо шагнул вперед. Ноги его двигались будто деревянные.
– Сколько ты уже служишь мне?
– Четыре месяца, милорд, – пролепетал тот, переводя взгляд с Ло на Лорда и обратно.
– И за четыре месяца я ни разу не сказал тебе ласкового слова, правда?
– Что вы, милорд! Сам шанс быть рядом с вами – лучшая благодарность для меня!
– Не люблю лесть. Я знаю, что ты меня ненавидишь и ждешь, когда я поскорее сдохну. – Лорд обнажил в усмешке желтые зубы. – Это ведь так, Гвидо?
– Милорд…
– Отвечай!
Соловей смотрел на Лорианну так, словно она должна была вскочить с места и броситься ему на помощь.
– Отвечай, Гвидо, и лучше не лги, – поспешно поддакнула Ибексу Леди-Канцлер. С каждым мгновением становилось все тревожнее. Если она худо-бедно может держать себя и выглядеть спокойной, то мальчишка этого явно не умеет. Вот этого она не учла. Во всей стройной конструкции ее плана Гвидо был слабым звеном.
– И-иногда, милорд, но… То были всего лишь грешные мысли, и… Мы все думаем о всяком, правда?..
– Правда, – благодушно отозвался Лорд и взял, наконец, треклятый кубок. – Я прощаю тебя, Гвидо. Если бы я знал, что мне придется иметь дело с гадким стариком, я бы лучше умер. – Ибекс приблизил кубок к губам, и сердце Лорианны замерло. Лорд с наслаждением вдохнул аромат вина, причмокнул и продолжал: – Вино из черного хашмирского винограда, который собирают в полнолуние непорочные девы. Ничего подобного ты в жизни не пробовал, мой мальчик. И вряд ли попробуешь.
Загадочно ухмыляясь, Лорд-Магистр протянул кубок мальчишке. Лорианна застыла – как статуя, без движения. Нет! Нет, нет, нет! И еще раз нет!
– Пей, – железным тоном велел Лорд, – пока угощаю.
Гвидо испуганно покосился на Лорианну. На лбу у него проступил пот, и мальчишка невольно вытер его тыльной стороной ладони. Лорианне хотелось кричать. Парень выдаст их! Случится чудо, если Лорд не придушит ее после такого своими собственными руками!
Спокойствие! Только спокойствие.
– Полно вам шутить, милорд. – Ло отхлебнула из кубка. – Зачем угощать таким хорошим вином такого дурака?
Ибекс поднял ладонь, повелевая ей молчать.
– Что же ты не пьешь, Гвидо? Любой бы на твоем месте возрадовался такому подарку от милорда.
– Я п-после вина хи-хирею, милорд. К тому же это плохо д-для горла, – пробормотал слуга и опустил голову.
– Я сказал: пей! – громовым голосом произнес Лорд и поднялся с кресла.
Все было кончено. Или только начиналось?
– Милорд, довольно, – мягко попросила Ло и тоже встала. – Сегодня большой праздник, а не день для смуты.
– Тогда выпей ты, Ло. – Лорд развернулся к ней и протянул кубок. – Окажи мне любезность.
Внутри Ло все похолодело, в горле встал ком. Последняя, крохотная надежда, что он ничего не знает, и все ей только кажется, умерла. А иначе с чего бы ему предлагать всем этот злосчастный бокал?
Нет, он играл с ними! Как кот с мышами, хотел их сперва помучить, измотать перед расправой. А на что Лорианна надеялась? Что вдруг ей повезет? Что она убьет Ибекса, сожжет приказ об Инквизиции и заживет припеваючи? Нет. Змею убивают мечом, а не голыми руками.
На Лорианну навалилась безысходность, затопила ее своими мутными волнами. Все тело мелко дрожало. Она огляделась по сторонам, пытаясь найти хоть какой-нибудь выход из создавшегося положения. Но кабинет с его позолотой, бархатом и шелками был смертельной ловушкой. Они попались. Им конец. Но, несмотря ни на что, отец был прав. Нужно сохранять лицо до последнего, верно?
В красных глазах Лорда читалось, что, если она не сделает, как он хочет, будет только хуже. Нетвердым шагом Лорианна приблизилась к нему, взяла кубок. И в самом деле, что ей терять?
Если она умрет прямо здесь, никто не прольет и слезинки. Лорд-Магистр придумает, кого обвинить, а потом будет читать речь на ее похоронах и всем рассказывать, каким же достойным Ло была человеком и как ему ее не хватает. Так жаль, что она ушла рано, в самом расцвете сил!
Кроваво-красная жидкость в кубке отражала ее побледневшее лицо. Была не была!
Ло собралась с силами и сделала глоток:
– За вас!
Гвидо так и замер, раскрыв рот. Лорд-Магистр выжидал. Некоторое время ничего не происходило, только опьянение качало Лорианну на своих теплых хмельных волнах. Прекрасное вино – с вишнево-грушевым ароматом и терпким привкусом, вяжущим небо. Не такая дрянь, которую Ло пила вчера.
Похоже, одного глотка для умерщвления оказалось недостаточно, и она сделала еще один:
– Очень похоже на то, что любил мой отец. Я угадала?
И тут комнату пронзил дикий надрывный смех. Сперва Ло не поняла, что это за звук: гадкий, скрипящий, как ставни на ветру, дрожью проходящий сквозь позвоночник через все тело. Звук повторился, затем еще раз и еще. Ло медленно подняла глаза на Лорда-Магистра: его глотка издавала звук за звуком, вздымая под сутаной широкую грудь, а глаза, не отрываясь, смотрели прямо на Ло. В горизонтальных зрачках отражался ее силуэт в голубом платье.
